Вверх
Оставить отзыв
Только для врачей

Федеральный проект «Борьба с онкологическими заболеваниями», стартовавший в 2019-м, в этом году успешно завершается

/

В Госдуме проконтролируют организацию и оказание онкопомощи в регионах. Результаты опросов врачей и пациентов будут визуализированы на интерактивной карте

/

В Госдуме запустили проект общественного контроля работы онкослужбы «Онкомонитор»

/

Вышел в свет первый выпуск экспертно-аналитического вестника «ЭХО онкологии»

/

В реанимацию могут не пустить братьев пациента, опекунов и детей до 14 лет. Больницы не обязаны выполнять эти требования, поясняет эксперт

/

Как устроена диагностика в системе ОМС, как развивается онкодиагностика, как упростить взаимодействие частной и государственной медицины?

/

«К заключениям из частных клиник относятся крайне скептически» Что нужно знать об отсрочке от мобилизации по болезни?

/

Сколько стоит честь врача? Недорого. О перспективах защиты медработниками чести и достоинства в суде

/

На раке решили не экономить. ФФОМС попробует отказаться от оплаты высокотехнологичного лечения онкологии по тарифам, утвержденным Минздравом РФ

/

«Осуждение врачей за убийство войдет в историю». Дело работников калининградского роддома плачевно скажется на всей отрасли здравоохранения

/

Применение препаратов off-label у детей «формально заморожено» до вступления в силу клинических рекомендаций и стандартов медпомощи

/

А полечилось как всегда. Закон о назначении детям «взрослых» препаратов дал неожиданный побочный эффект

/

Как в России лечат рак молочной железы? Минздрав России опубликовал новые стандарты медицинской помощи при раке молочной железы у взрослых

/

ФСБ расследует «финансирование» российских медработников иностранными фармкомпаниями

/
Закон
6 мая 2024
191

Владимирский минздрав разработал досудебный порядок возмещения вреда льготникам

Автор: Фонд «Вместе против рака»
Владимирский минздрав разработал досудебный порядок возмещения вреда льготникам
Проблема обеспечения льготников лекарствами во Владимирской области не нова. История тянется еще с начала 2021 года, когда заксобрание Владимирской области признало неудовлетворительной работу местного минздрава в сфере льготного лекарственного обеспечения. Росздравнадзор в ходе проверок выявил многочисленные нарушения со стороны Владимирского минздрава. Среди них отсутствие надлежащего контроля движения и учета лекарственных препаратов и медизделий по льготному обеспечению, нарушение логистики лексредств по аптечным организациям. Выданные предписания об устранении нарушений ситуацию не улучшили ни в 2021 году, ни в 2023 году. Вопрос отсутствия льготных лекарств во Владимирской области поднимался и на расширенном заседании коллегии Генпрокуратуры РФ с участием Президента РФ в феврале 2024 года. О том, как Владимирский минздрав предложил решить проблему с льготным лекобеспечением, рассказываем в настоящем материале.

Общие положения

Приказ Министерства здравоохранения Владимирской области от 17.04.2024 №7-н (далее – приказ №7-н) о досудебном порядке возмещения вреда отдельным категориям граждан вступил в силу 29 апреля 2024 года.

С указанной даты, если пациент понес убытки либо получил ущерб здоровью из-за нарушения его прав в сфере льготного лекобеспечения, то сможет требовать компенсацию расходов не только через суд (как это было до настоящего времени). Возмещение также будет возможно в «упрощенном порядке»: при рассмотрении заявленных требований Владимирским минздравом.

Досудебная процедура возмещения расходов, согласно приказу №7-н, будет выглядеть следующим образом.

Гражданин или прокуратура (на основании заявления гражданина либо по собственной инициативе) направляют в местный минздрав документы и материалы, которые свидетельствуют о причинении гражданину вреда. Вред может быть причинен:

  • со стороны медорганизации: вследствие ненадлежащего предоставления льготных лекарств и медизделий амбулаторно;
  • или со стороны фарморганизации: вследствие нарушения обязанности по отпуску льготных лекарств и медизделий.

Возмещению подлежит причиненный вред здоровью гражданина, а также его убытки (как реальный ущерб, так и упущенная выгода). Возмещение морального вреда осуществляется только в судебном порядке.

При удовлетворении требований гражданина компенсацию мед- или фарморганизации должны осуществлять за счет собственных средств.

Предъявление претензии гражданином

При самостоятельном обращении в минздрав гражданину необходимо будет составить претензию и указать в ней:

  • полное наименование и местонахождение мед- или фарморганизации, к которой предъявляется претензия;
  • данные о заявителе (ф. и. о., место жительства, телефон, номер медицинского полиса);
  • сведения о причиненном ущербе и сумму ущерба с приложением подтверждающих документов;
  • реквизиты для возврата средств;
  • согласие на обработку персональных данных.

Рассматривать претензию будут в течение 30 календарных дней с момента ее регистрации в минздраве. При необходимости проведения дополнительных проверочных мероприятий или расследования срок может быть продлен еще на 30 календарных дней. По результатам рассмотрения минздрав «вынесет» одно из следующих решений: удовлетворить претензию (полностью либо в части) или отказать в ее удовлетворении.

Тонкости процедуры

Процедура рассмотрения претензии в отношении медицинских и фармацевтических организаций отличается.

Рассматривать претензии гражданина к медорганизации будет минздрав. При этом возможна внеплановая проверка качества и безопасности меддеятельности. Необходимость проверки определяется минздравом.

Если требования гражданина удовлетворены без внеплановой проверки, то ему потом необходимо обратиться в медорганизацию с заявлением о возмещении ущерба. К заявлению следует приложить полученное решение минздрава.

Если проверка все же назначена и по ее результатам подтвердились нарушения и причинение вреда, то медорганизация получит предписание об их устранении. В этом случае гражданину отдельно обращаться с заявлением в медорганизацию не требуется. Об исполнении предписания медучреждение должно отчитаться перед минздравом. Если этого не сделать – его ждет очередная внеплановая проверка.

Фарморганизацию проверят в любом случае. Если на нее поступает претензия, минздрав поручает центру закупок в сфере здравоохранения провести внеплановую проверку объема, сроков и качества льготного лекобеспечения граждан. При подтверждении ненадлежащего исполнения обязанности по отпуску лекарств и медизделий центр закупок направит в адрес фарморганизации требование о возмещении гражданину причиненного вреда. При этом отдельно обращаться в фарморганизацию с заявлением о возмещении ущерба гражданину не нужно.

Согласно приказу №7-н мед- и фарморганизации могут в любое время принять решение о добровольном возмещении вреда гражданину. С этого момента минздрав прекратит рассмотрение поступившей в отношении них претензии.

А что не так?

По сути, приказ №7-н позволяет Владимирскому минздраву самостоятельно оценивать соблюдение прав граждан в сфере льготного лекобеспечения. Иначе говоря, вина самого минздрава в нарушении прав граждан в данной сфере исключается. Минздрав будет искать каких-то других «непосредственно виноватых» среди организаций, которые участвуют в цепочке по обеспечению граждан льготными препаратами.

Хотя по закону именно местный минздрав отвечает за это. И именно он организует закупочные процедуры препаратов для льготников. При судебном рассмотрении дел по искам о взыскании расходов на льготные препараты ответчиком является сам минздрав. С него, как правило, и взыскиваются убытки пациентов.

Интересно также, что п. 2.16 приказа №7-н отдельно закрепляет право на обжалование решения минздрава только за гражданином. О соответствующем праве мед- или фарморганизации не сказано ничего, тем не менее оно имеется.

Также отметим, что для гражданина предложенная Владимирским минздравом досудебная процедура возмещения вреда в ряде случаев административно более сложна. Например, для взыскания ущерба с медорганизации ему сперва необходимо обратиться с претензией в минздрав, а потом – еще и с заявлением непосредственно в медицинское учреждение.

Кроме этого, возникает временной вопрос. Как в такие короткие сроки (30 дней по общему правилу) минздрав мало того что установит нарушения и «виновных», так еще и достоверно определит сумму вреда, подлежащую возмещению, особенно когда речь будет идти о возмещении вреда здоровью.

Как данная процедура будет работать на деле и насколько она будет эффективна, покажет время.

 

telegram protivrakaru

Приказ от 17.04.2024 №7-н «О досудебном порядке возмещения вреда, причиненного вследствие ненадлежащего предоставления услуг в сфере охраны здоровья и предоставления мер социальной поддержки отдельным категориям граждан».

Приказ №7-н не регулирует вопросы досудебного возмещения вреда при ненадлежащем оказании гражданам медицинских услуг, хотя при первом прочтении так может показаться. Это следует из п. 1.1 приказа №7-н.

Стоит иметь в виду, что именно претензии гражданина. Если в минздрав обращается прокуратура, внеплановая проверка качества и безопасности меддеятельности проводится обязательно.

Об этом говорит п. 2 ч. 1 ст. 16 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». К полномочиям органов государственной власти субъектов РФ в сфере охраны здоровья относится организация обеспечения граждан лекпрепаратами и медизделиями.

Также следует учитывать п. 2.15 Положения о Министерстве здравоохранения Владимирской области, утвержденного постановлением Правительства Владимирской области от 28.12.2023 №1011. Согласно документу минздрав организует предоставление отдельным категориям граждан мер социальной поддержки, которые предусмотрены законодательством Владимирской области, и обеспечение указанных лиц лекарственными препаратами.

Работает также п. 1.4 Положения о порядке предоставления и финансирования мер социальной поддержки по лекарственному обеспечению отдельных категорий граждан Владимирской области за счет средств областного бюджета, утвержденного постановлением губернатора Владимирской области от 15.02.2012 №147. Он гласит, что минздрав Владимирской области уполномочен на осуществление действий по организации предоставления гражданам мер социальной поддержки.

Колонка редакции
Габай Полина Георгиевна
Габай Полина Георгиевна
Шеф-редактор
Выявил – лечи. А нечем
Выявил – лечи. А нечем
Данные Счетной палаты о заболеваемости злокачественными новообразованиями (ЗНО), основанные на информации ФФОМС, не первый год не стыкуются с медицинской статистикой. Двукратное расхождение вызывает резонный вопрос – почему?

Государственная медицинская статистика основана на данных статформы № 7, подсчеты  ФФОМС — на первичных медицинских документах и реестрах счетов. Первые собираются вручную на «бересте» и не проверяются, вторые — в информационных системах и подлежат экспертизе. Многие специалисты подтверждают большую достоверность именной второй категории.

Проблема в том, что статистика онкологической заболеваемости не просто цифры. Это конкретные пациенты и, соответственно, конкретные деньги на их диагностику и лечение. Чем выше заболеваемость, тем больше должен быть объем обеспечения социальных гарантий.

Но в реальности существует диссонанс — пациенты есть, а денег нет. Субвенции из бюджета ФФОМС рассчитываются без поправки на коэффициент заболеваемости. Главный критерий — количество застрахованных лиц. Но на практике финансирования по числу застрахованных недостаточно для оказания медпомощи фактически заболевшим. Федеральный бюджет не рассчитан на этот излишек. И лечение заболевших «сверх» выделенного финансирования ложится на регионы.

Коэффициент заболеваемости должен учитываться при расчете территориальных программ. Однако далее, чем «должен», дело не идет — софинансирование регионами реализуется неоднородно и, скорее, по принципу добровольного участия. Регионы в большинстве своем формируют программу так же, как и федералы, — на основе количества застрахованных лиц. Налицо знакомая картина: верхи не хотят, а низы не могут. Беспрецедентные вложения столицы в онкологическую службу, как и всякое исключение, лишь подтверждают правило.

Этот острый вопрос как раз обсуждался в рамках круглого стола, прошедшего в декабре 2023 года в Приангарье. Подробнее см. видео в нашем Telegram-канале.

При этом ранняя выявляемость ЗНО является одним из целевых показателей федеральной программы «Борьба с онкологическими заболеваниями». Налицо асинхронность и алогичность в регулировании всего цикла: человек — деньги — целевой показатель.

Рост онкологической выявляемости для региона — ярмо на шее. Выявил — лечи. Но в пределах выделенного объема финансовых средств, которые не привязаны к реальному количеству пациентов. «Налечить» больше в последние годы стало непопулярным решением, ведь законность неоплаты медицинскому учреждению счетов сверх выделенного объема неоднократно подтверждена судами всех инстанций. Поэтому данные ФФОМС говорят о количестве вновь заболевших, но не об оплате оказанной им медицинской помощи.

Демонстрация реальной картины заболеваемости повлечет больше проблем, нежели наград. Такие последствия нивелирует цели мероприятий, направленных на онконастороженность и раннюю диагностику. Это дополнительные финансовые узы в первую очередь для субъектов Российской Федерации.

ФФОМС нашел способ снять вопросы и убрать расхождение: с 2023 года служба предоставляет Счетной палате данные официальной медицинской статистики. Однако требуются и системные решения. Стоит рассмотреть альтернативные механизмы распределения финансирования и введение специальных коэффициентов для оплаты онкопомощи. И, конечно же, назрел вопрос об интеграции баз данных фондов ОМС, медицинских информационных систем, ракового регистра и др. Пока что это происходит только в некоторых прогрессивных регионах.

26/01/2024, 14:27
Комментарий к публикации:
Выявил – лечи. А нечем
Габай Полина Георгиевна
Габай Полина Георгиевна
Шеф-редактор
Битва за офф-лейбл продолжается
Битва за офф-лейбл продолжается
Вчера в «регуляторную гильотину» (РГ) поступил очередной проект постановления правительства, определяющий требования к лекарственному препарату для его включения в клинические рекомендации и стандарты медицинской помощи в режимах, не указанных в инструкции по его применению. Проще говоря, речь о назначениях офф-лейбл. Предыдущая редакция документа была направлена на доработку в Минздрав России в феврале этого года.

Это тот самый документ, без которого тема офф-лейбл никак не двигается с места, несмотря на то, что долгожданный закон, допускающий применение препаратов вне инструкции у детей, вступил в силу уже более года назад (п. 14.1 ст. 37 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Вступить-то он вступил, но вот только работать так и не начал, потому что до сих пор нет соответствующих подзаконных нормативных актов. Подчеркнем, что закон коснулся только несовершеннолетних, еще более оголив правовую неурегулированность, точнее теперь уже незаконность, взрослого офф-лейбла. Но и у детей вопрос так и не решен.

Один из необходимых подзаконных актов был принят одновременно с законом – это перечень заболеваний, при которых допускается применение препаратов офф-лейбл (распоряжение Правительства от 16.05.2022 №1180-р). В перечень вошел ряд заболеваний, помимо онкологии, – всего 21 пункт.

А вот второй норматив (требования, которым должны удовлетворять препараты для их включения в стандарты медпомощи и клинические рекомендации) разрабатывается Минздравом России уже более года. Именно его очередная редакция и поступила на днях в систему РГ.

Удивляют годовые сроки подготовки акта объемом от силы на одну страницу. С другой стороны, эта страница открывает дорогу к массовому переносу схем офф-лейбл из клинических рекомендаций в стандарты медпомощи и далее в программу госгарантий. По крайней мере, в детской онкогематологии такие назначения достигают 80–90%. А это означает расширение финансирования, хотя скорее больше просто легализацию текущих процессов.

В любом случае для регулятора это большой стресс, поэтому спеха тут явно не наблюдается. Да и вообще решение вопроса растягивается, оттягивается и переносится теперь уже на 1 сентября 2024 года. Именно этот срок предложен Минздравом для вступления акта в силу. Еще в февральской редакции норматива речь шла о 1 сентября 2023 года, что встретило несогласие экспертов РГ. Причина очевидна – сам закон вступил в силу 29 июня 2022 года и дальнейшие промедления в его реализации недопустимы.

Что касается самих требований, то надо сказать, что в нынешней редакции они много лучше февральских, но тоже несовершенны. Не будем вдаваться в юридические нюансы: они будут представлены в РГ.

А в это время… врачи продолжают назначать препараты офф-лейбл, так как бездействие регулятора не может служить основанием для переноса лечения на 1 сентября 2024 года.

Ранее мы уже писали о проблеме офф-лейбл в других материалах фонда:

«Oфф-лейбл уже можно, но все еще нельзя»;

«Off-label или off-use?».

12/07/2023, 11:50
Комментарий к публикации:
Битва за офф-лейбл продолжается
Камолов Баходур Шарифович
Камолов Баходур Шарифович
Главный редактор
Потерянные и забытые
Потерянные и забытые
И снова о документе, который уже больше года никому не дает покоя – приказе №116н – порядке оказания онкологической помощи взрослым, который начал действовать с 2022 года. В адрес этого документа высказано так много замечаний и организаторами здравоохранения, и руководителями лечебных учреждений, и рядовыми врачами, что, казалось бы, говорить больше не о чем. К сожалению, это не так: тема оказалась неисчерпаемой. Эксперты фонда «Вместе против рака» тоже и уже не раз давали оценки новому порядку. Сегодня хочу остановиться на одном аспекте, имеющем колоссальную важность: речь пойдет о двух категориях онкологических больных, которым не нашлось места в новом порядке. Фактически о них просто забыли. Однако не забыл о них следственный комитет. Как раз на днях «Медицинская газета» осветила уголовное дело в отношении врача-хирурга, выполнившего спасительную резекцию ректосигмоидного отдела толстой кишки.

Если человека нельзя вылечить, то это не значит, что ему нельзя помочь

Таков основной посыл паллиативной помощи. Однако ее возможности ограничены: в частности, для онкологических пациентов не предусмотрена хирургическая помощь. Равно как не предусмотрена она и соответствующим порядком онкологической помощи. Речь о пациентах с распространенным раком, которые не могут быть прооперированы радикально, но нуждаются в паллиативном хирургическом вмешательстве. Такая помощь обеспечивает более высокое качество дожития, например, онкобольных с кишечной непроходимостью, кровотечениями при распространенном процессе, с нарушением оттока мочи, скоплением жидкости в плевральной или брюшной полости и т. д. Химиотерапевты не могут без стабилизации состояния провести таким пациентам лекарственное лечение. В специализированных онкологических учреждениях симптоматическая хирургия не предусмотрена. Да и вообще система паллиативной помощи не подразумевает хирургию. В неспециализированных учреждениях таких пациентов теперь тоже не ждут, если стационар не включен в региональную систему маршрутизации онкобольных.

С вступлением в силу приказа №116н такой больной может быть госпитализирован в многопрофильный стационар только как неонкологический пациент. Чтобы не нарушать никакие порядки и получить оплату за данный клинический случай, врачи вынуждены хитрить и фантазировать, выдумывая обоснования для госпитализации.

Часть людей обращается за такой помощью в частные клиники. Еще часть – в хосписы и паллиативные отделения, но вот только там нет хирургии. Таким образом, сформировалась когорта онкобольных, на которых действие нового порядка не распространяется. Подсчитать число таких пациентов сложно, так как теперь они находятся вне зоны внимания онкослужбы.

Между небом и землей

Ситуация вокруг этих больных нередко обрастает и дополнительными сложностями, которые недавно освещала наша редакция по результатам большого аналитического исследования, посвященного вопросам паллиативной помощи в России.

Во-первых, не все онкологи сообщают пациенту, что возможности лечения заболевания исчерпаны. Из-за этого не выдают направление в специализированные паллиативные отделения или хосписы. А некоторые просто не знают, что требуется дополнительное заключение. И складывается ситуация, когда пациент не получает онкологическое лечение, поскольку показаний уже нет, но и нет возможности получить паллиативную помощь, поскольку отсутствует направление от врача-онколога. Но наиболее важно то, что в контексте хирургической паллиативной помощи такие пациенты попросту вне курации обеих служб, т. е. без гарантий и помощи.

Во-вторых, имеются интересные особенности в преемственности онкологической и паллиативной помощи, а именно: странное «блуждание» пациентов между паллиативом и онкологией. Это обусловлено тем, что сопроводительная терапия в онкологическом секторе, в том числе уход за пациентом, обезболивание, устранение тошноты и рвоты, толком не регулируется и не оплачивается по программе госгарантий. Поэтому тяжелые, фактически умирающие от осложнений, пациенты попадают в паллиатив. А там при грамотном подходе буквально оживают и возвращаются в онкологические учреждения, чтобы продолжить основное лечение. С клинической точки зрения это нонсенс.

Сопровожден до осложнений

Означенные проблемы онкослужбы дали почву для появления другой когорты онкологических пациентов, оказание помощи которым не предусмотрено ни новым минздравовским порядком, ни иными нормативными актами, регулирующими данную сферу здравоохранения.

Я говорю о тех, кто нуждается в сопроводительной терапии осложнений, наступающих во время лечения онкологических заболеваний. По большому счету к их числу относятся все 100% онкобольных, поскольку те или иные неблагоприятные последствия «химии» возникают у каждого. Таких состояний много: тошнота, рвота, нейтропения, тромбоцитопения, анемия, инфекции, мукозиты, болевой синдром и т. д.

Да, онкологи назначают пациентам препараты, снижающие негативные проявления последствий химиотерапии, в частности противорвотные средства. Но, во-первых, такие препараты покупаются обычно за средства пациентов, во-вторых, состояния могут быть куда более серьезными, они не снимаются приемом таблетированных лекарств и требуют проведения инфузионной либо иной терапии в стационарных условиях. Однако попасть туда не так просто. В онкологической службе вся помощь исключительно плановая, поэтому онкобольной с осложнениями может поступить только в общелечебную сеть, где не всегда знают, как помочь пациенту с диагнозом «онкология» в случае резкого снижения гемоглобина, высокого лейкоцитоза и пр.

Иными словами, из поля зрения авторов порядка оказания онкологической помощи и разработчиков клинических рекомендаций выпала не просто группа больных, а целый раздел лечения. Хотя справедливости ради надо сказать, что «проведение восстановительной и корригирующей терапии, связанной с возникновением побочных реакций на фоне высокотоксичного лекарственного лечения» предусмотрено как одна из функций онкологических учреждений, однако соответствующих условий для реализации нет.

До сих пор нет ни отдельного тома клинических рекомендаций по сопроводительной терапии осложнений онкологических заболеваний, ни соответствующих разделов в профильных клинических рекомендациях по злокачественным новообразованиям, за редким исключением, которое еще больше подтверждает правило. А коль скоро нет клинических рекомендаций по оказанию данного вида медицинской помощи, нет и тарифов на него. А если нет тарифов, медицинские организации не могут заниматься сопроводительной терапией осложнений онкологических заболеваний. Круг замкнулся.

Безусловно, некая положительная тенденция к решению этой проблемы есть. Для начала в последние годы она довольно активно обсуждается. Кроме того, с 2023 года введен подход по использованию коэффициента сложности лечения пациента (КСЛП), который «удорожает» базовый тариф, доплата предназначена для возмещения расходов на сопроводительную терапию. Однако механизм крайне выборочно покрывает препараты, используемые для лечения осложнений, да и сумма в 16–18 тыс. руб. зачастую меньше реальных расходов.

Если бы данный вид медицинской помощи нашел полноценное отражение в клинических рекомендациях и новом порядке, это позволило бы создать в онкодиспансерах отделения сопроводительной терапии, которые принимали бы пациентов с осложнениями в режиме 24/7, в том числе по экстренным показаниям.

Что же происходит в реальности? То же, что и в случае с первой категорией онкобольных: человек сам приобретает нужные препараты и (или) ищет врача или медсестру, которые готовы ему помочь. Какими в случае неблагоприятных событий могут быть юридические последствия такой помощи «по договоренности», несложно представить.

21/03/2023, 12:05
Комментарий к публикации:
Потерянные и забытые
Страница редакции
Обсуждение
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Актуальное
все