Вверх
Оставить отзыв
Только для врачей

Федеральный проект «Борьба с онкологическими заболеваниями», стартовавший в 2019-м, в этом году успешно завершается

/

В Госдуме проконтролируют организацию и оказание онкопомощи в регионах. Результаты опросов врачей и пациентов будут визуализированы на интерактивной карте

/

В Госдуме запустили проект общественного контроля работы онкослужбы «Онкомонитор»

/

Вышел в свет первый выпуск экспертно-аналитического вестника «ЭХО онкологии»

/

В реанимацию могут не пустить братьев пациента, опекунов и детей до 14 лет. Больницы не обязаны выполнять эти требования, поясняет эксперт

/

Как устроена диагностика в системе ОМС, как развивается онкодиагностика, как упростить взаимодействие частной и государственной медицины?

/

«К заключениям из частных клиник относятся крайне скептически» Что нужно знать об отсрочке от мобилизации по болезни?

/

Сколько стоит честь врача? Недорого. О перспективах защиты медработниками чести и достоинства в суде

/

На раке решили не экономить. ФФОМС попробует отказаться от оплаты высокотехнологичного лечения онкологии по тарифам, утвержденным Минздравом РФ

/

«Осуждение врачей за убийство войдет в историю». Дело работников калининградского роддома плачевно скажется на всей отрасли здравоохранения

/

Применение препаратов off-label у детей «формально заморожено» до вступления в силу клинических рекомендаций и стандартов медпомощи

/

А полечилось как всегда. Закон о назначении детям «взрослых» препаратов дал неожиданный побочный эффект

/

Как в России лечат рак молочной железы? Минздрав России опубликовал новые стандарты медицинской помощи при раке молочной железы у взрослых

/

ФСБ расследует «финансирование» российских медработников иностранными фармкомпаниями

/
Пост-релиз
21 декабря 2021
690

Онкогинекология: рак яичников. Итоги

Автор: Фонд «Вместе против рака»

Онкогинекология: рак яичников. Итоги

2 декабря 2021 года состоялась III Международная веб-конференция «Онкогинекология: от клинических исследований к практике». Ключевая тема — современные методы хирургического и лекарственного лечения рака яичников.

Веб-конференция открылась демонстрацией лапароскопической гистерэктомии с исследованием сторожевых лимфатических узлов при раке эндометрия, которую в формате «живой хирургии» провел и прокомментировал хирург к.м.н. Алексей Сергеевич Шевчук, руководитель отделения онкогинекологии ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России. Модератором выступил профессор, д.м.н. Максим Маркович Высоцкий, кафедра эндоскопической хирургии ФДПО Московского государственного медико-стоматологического университета имени А.И. Евдокимова, руководитель курса эндохирургии в гинекологии, ведущий гинеколог-онколог больницы Центросоюза РФ, руководитель гинекологической клиники.

Первый доклад конференции представил профессор, д.м.н. Кирилл Иосифович Жорданиа, президент ОСОРС, ведущий научный сотрудник отделения онкогинекологии ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России. Эксперт рассказал о перспективах диагностики рака яичников и отметил, что все формы РЯ схожи только по клиническому течению, но отличаются патогенетически: есть значительная разница в молекулярно-генетической картине, в морфологии и по другим параметрам. Он представил особенности гистологических форм серозного РЯ, а также первоисточники серозного, эндометриоидного и светлоклеточного РЯ.

О лекарственной терапии рака яичников на основе результатов молекулярно-генетического тестирования рассказала д.м.н. Александра Сергеевна Тюляндина, руководитель химиотерапевтического отделения (онкогинекологии и герминогенных опухолей) НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина. Эксперт особо указала на то, что знание молекулярного статуса необходимо для планирования адекватной терапии, представила данные исследований SOLO-1 и SOLO-2, а также данные по персонализации лечения рецидивов.

О хирургической анатомии клетчаточных пространств таза и об их значении при выполнении хирургических вмешательства, особенно видеоэндоскопических, рассказал профессор, д.м.н. Игорь Викторович Берлев, руководитель отделения  онкогинекологии ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова» Минздрава России.

Доклад о выполнении лапароскопической радикальной трахелэктомии с тазовой лимфаденэктомией при инвазивном РШМ представил к.м.н. Алексей Сергеевич Шевчук, руководитель отделения онкогинекологии ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России. Эксперт привел сравнительную характеристику различных вариантов радикальной трахелэктомии (лапаротомная, влагалищная, видеоэндоскопическая) в аспекте их онкологической эффективности и репродуктивных результатов.

Технику выполнения лапароскопической парааортальной лимфаденэктомии представил Сергей Анатольевич Скугарев, руководитель отделения онкогинекологии Калужского областного онкологического диспансера. Эксперт перечислил показания для данного вмешательства, оборудование и инструмент, особенности создания адекватной экспозиции и возможные сложности при проведении операции.

О показаниях для лапароскопической транспозиции яичников, рабочем инструментарии, особенностях выполнения вмешательства и на что при ведении операции необходимо особо обратить внимание рассказал к.м.н. Сергей Владимирович Анпилогов, заведующий отделением онкогинекологии Городской онкологической больницы № 1.

Лапароскопическая оментэктомия, которая проводится при опухолях яичника и рака тела матки с высоким риском метастазирования, стала темой сообщения к.м.н. Ростислава Игоревича Князева, отделение онкогинекологии, ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России. Эксперт отметил особенности резекции и эвакуации большого сальника при проведении данного вмешательства.

Международная секция

Международную секцию открыли темой «IGCS и AECA: сотрудничество, инициативы, региональные программы и перспективы развития» Robert Coleman (President of International Gynecologic Cancer Society), Mary Eiken (IGCS Chief Executive Officer) и Sophia Michaelson (Executive Director of the American Eurasian Cancer Alliance). Докладчики рассказали о флагманских проектах, стратегическом развитии и увеличении фактора цитирования журнала в целом по миру.

С докладом о современных возможностях и проблемах диагностики опухолей яичников выступила к.м.н. Кристина Владимировна Афанасьева, отделение онкогинекологии, ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России. Эксперт привела критические характеристики различных прогностических моделей при опухолях яичников и рассказал о перспективах ранней диагностики рака яичников.

О начальном раке яичников, стандартном и органосохраняющем лечении говорила к.м.н. Мария Николаевна Тихоновская, отделение онкогинекологии, ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России. Эксперт представила виды стандартной терапии и привела данные об органосохраняющем лечении за последнее время из клинической практики.

Вопросу лечения распространенного рака яичников – первичная «циторедукция или неоадъювантная химиотерапия?» – был посвящен доклад профессора Pedro Ramirez (Department of Gynecologic Oncology and Reproductive Medicine, Division of Surgery, The University of Texas MD Anderson Cancer Center). Эксперт рассказал о важнейших и новейших исследованиях, литературных данных, паттернах поведения в первой линии терапии при лечения данного вида РЯ.

Тему «Роль HIPEC в лечении рака яичников» представил доктор Oliver Zivanovic (Director, Innovative Surgical Technology, Gynecology Service, Department of Surgery Memorial Sloan Kettering Cancer Center). Эксперт представил свой доклад как дифференцированный взгляд на проблему и предложил подробный анализ для принятия решения.

Тему «Лечение рецидивов рака яичников: хирургия или химиотерапия?» поднял доктор Robert Coleman. Эксперт провел подробный сравнительный анализ наиболее значимых мировых исследованиях по этой проблеме, акцентируя внимание слушателей на самых важных аспектах.

Об алгоритмах лечения рака яичников и роли BRCA/HRD-статуса рассказала доктор Shannon Westin (Department of Gynecologic Oncology and Reproductive Medicine, Division of Surgery MD Anderson Cancer Center). Эксперт представила стандарт ведения пациентов с такими мутациями, выбор терапии и различия в мутациях.

Тему стандартного лечения и таргетной терапии редких опухолей яичников осветил профессор Michael Frumovitz (Department of Gynecologic Oncology and Reproductive Medicine, Division of Surgery, The University of Texas MD Anderson Cancer Center). Одним из ключевых моментов его доклада стало представление классификации редких  эпителиальных овариальных опухолей, а также назначения терапии в зависимости от мутации и статуса HER2.

О достижениях в применении PARP-ингибиторов в лечении распространенного рака яичников за последние  15 лет рассказала доктор Amanda Fader (Vice Chair of Gynecologic Surgical Operations, Johns Hopkins Health System, Associate Professor of Gynecology and Obstetrics). На фоне современных возможностей появились новые препараты и варианты проведения терапии 1-й линии расширились и улучшились.

Заключительным докладом конференции стала тема таргетной терапии при раке яичников low grade. Ее представил доктор David Gershenson (Clinical Professor Department of Gynecologic Oncology and Reproductive Medicine, Division of Surgery, The University of Texas MD Anderson Cancer Center). Эксперт сообщил о мутациях при этой форме рака яичников, особенностях терапии, привел свежие исследования и отметил повышение общей выживаемости на основании повышения эффективности лечения.

telegram protivrakaru
Высоцкий Максим Маркович
Высоцкий Максим Маркович
профессор кафедры эндоскопической хирургии ФГБОУ ВО МГМСУ им. А.И. Евдокимова Минздрава России
  • доктор медицинских наук
  • профессор
  • член Национальной ассоциации гинекологов-эндоскопистов России
  • член Российского общества эндоскопических хирургов (РОЭХ)
  • член Европейского общества гинекологической эндоскопии (ESGE)
  • член Общества специалистов онкологов по опухолям репродуктивной системы (ОСОРС)
Жорданиа Кирилл Иосифович
Жорданиа Кирилл Иосифович
ведущий научный сотрудник отделения хирургического отделения №8 (онкогинекологии) ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России
  • доктор медицинских наук
  • профессор
  • президент «Общества специалистов онкологов по органам репродуктивной системы» (ОСОРС)
  • член Ассоциации онкологов России (АОР)
  • член Российского общества акушеров-гинекологов, член Российского общества урологов (РОУ)
  • член Международного общества онкогинекологов (IGCS)
  • главный редактор журнала «Онкогинекология»
Robert Coleman
Robert Coleman
President of International Gynecologic Cancer Society
  • Professor, Deputy Chair and Vice Chair of Clinical Research
  • M.D. Anderson Cancer Center
Robert Coleman
Robert Coleman
President of International Gynecologic Cancer Society
  • Professor, Deputy Chair and Vice Chair of Clinical Research
  • M.D. Anderson Cancer Center

При поддержке

Колонка редакции
Габай Полина Георгиевна
Габай Полина Георгиевна
Шеф-редактор
Выявил – лечи. А нечем
Выявил – лечи. А нечем
Данные Счетной палаты о заболеваемости злокачественными новообразованиями (ЗНО), основанные на информации ФФОМС, не первый год не стыкуются с медицинской статистикой. Двукратное расхождение вызывает резонный вопрос – почему?

Государственная медицинская статистика основана на данных статформы № 7, подсчеты  ФФОМС — на первичных медицинских документах и реестрах счетов. Первые собираются вручную на «бересте» и не проверяются, вторые — в информационных системах и подлежат экспертизе. Многие специалисты подтверждают большую достоверность именной второй категории.

Проблема в том, что статистика онкологической заболеваемости не просто цифры. Это конкретные пациенты и, соответственно, конкретные деньги на их диагностику и лечение. Чем выше заболеваемость, тем больше должен быть объем обеспечения социальных гарантий.

Но в реальности существует диссонанс — пациенты есть, а денег нет. Субвенции из бюджета ФФОМС рассчитываются без поправки на коэффициент заболеваемости. Главный критерий — количество застрахованных лиц. Но на практике финансирования по числу застрахованных недостаточно для оказания медпомощи фактически заболевшим. Федеральный бюджет не рассчитан на этот излишек. И лечение заболевших «сверх» выделенного финансирования ложится на регионы.

Коэффициент заболеваемости должен учитываться при расчете территориальных программ. Однако далее, чем «должен», дело не идет — софинансирование регионами реализуется неоднородно и, скорее, по принципу добровольного участия. Регионы в большинстве своем формируют программу так же, как и федералы, — на основе количества застрахованных лиц. Налицо знакомая картина: верхи не хотят, а низы не могут. Беспрецедентные вложения столицы в онкологическую службу, как и всякое исключение, лишь подтверждают правило.

Этот острый вопрос как раз обсуждался в рамках круглого стола, прошедшего в декабре 2023 года в Приангарье. Подробнее см. видео в нашем Telegram-канале.

При этом ранняя выявляемость ЗНО является одним из целевых показателей федеральной программы «Борьба с онкологическими заболеваниями». Налицо асинхронность и алогичность в регулировании всего цикла: человек — деньги — целевой показатель.

Рост онкологической выявляемости для региона — ярмо на шее. Выявил — лечи. Но в пределах выделенного объема финансовых средств, которые не привязаны к реальному количеству пациентов. «Налечить» больше в последние годы стало непопулярным решением, ведь законность неоплаты медицинскому учреждению счетов сверх выделенного объема неоднократно подтверждена судами всех инстанций. Поэтому данные ФФОМС говорят о количестве вновь заболевших, но не об оплате оказанной им медицинской помощи.

Демонстрация реальной картины заболеваемости повлечет больше проблем, нежели наград. Такие последствия нивелирует цели мероприятий, направленных на онконастороженность и раннюю диагностику. Это дополнительные финансовые узы в первую очередь для субъектов Российской Федерации.

ФФОМС нашел способ снять вопросы и убрать расхождение: с 2023 года служба предоставляет Счетной палате данные официальной медицинской статистики. Однако требуются и системные решения. Стоит рассмотреть альтернативные механизмы распределения финансирования и введение специальных коэффициентов для оплаты онкопомощи. И, конечно же, назрел вопрос об интеграции баз данных фондов ОМС, медицинских информационных систем, ракового регистра и др. Пока что это происходит только в некоторых прогрессивных регионах.

26/01/2024, 14:27
Комментарий к публикации:
Выявил – лечи. А нечем
Габай Полина Георгиевна
Габай Полина Георгиевна
Шеф-редактор
Битва за офф-лейбл продолжается
Битва за офф-лейбл продолжается
Вчера в «регуляторную гильотину» (РГ) поступил очередной проект постановления правительства, определяющий требования к лекарственному препарату для его включения в клинические рекомендации и стандарты медицинской помощи в режимах, не указанных в инструкции по его применению. Проще говоря, речь о назначениях офф-лейбл. Предыдущая редакция документа была направлена на доработку в Минздрав России в феврале этого года.

Это тот самый документ, без которого тема офф-лейбл никак не двигается с места, несмотря на то, что долгожданный закон, допускающий применение препаратов вне инструкции у детей, вступил в силу уже более года назад (п. 14.1 ст. 37 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Вступить-то он вступил, но вот только работать так и не начал, потому что до сих пор нет соответствующих подзаконных нормативных актов. Подчеркнем, что закон коснулся только несовершеннолетних, еще более оголив правовую неурегулированность, точнее теперь уже незаконность, взрослого офф-лейбла. Но и у детей вопрос так и не решен.

Один из необходимых подзаконных актов был принят одновременно с законом – это перечень заболеваний, при которых допускается применение препаратов офф-лейбл (распоряжение Правительства от 16.05.2022 №1180-р). В перечень вошел ряд заболеваний, помимо онкологии, – всего 21 пункт.

А вот второй норматив (требования, которым должны удовлетворять препараты для их включения в стандарты медпомощи и клинические рекомендации) разрабатывается Минздравом России уже более года. Именно его очередная редакция и поступила на днях в систему РГ.

Удивляют годовые сроки подготовки акта объемом от силы на одну страницу. С другой стороны, эта страница открывает дорогу к массовому переносу схем офф-лейбл из клинических рекомендаций в стандарты медпомощи и далее в программу госгарантий. По крайней мере, в детской онкогематологии такие назначения достигают 80–90%. А это означает расширение финансирования, хотя скорее больше просто легализацию текущих процессов.

В любом случае для регулятора это большой стресс, поэтому спеха тут явно не наблюдается. Да и вообще решение вопроса растягивается, оттягивается и переносится теперь уже на 1 сентября 2024 года. Именно этот срок предложен Минздравом для вступления акта в силу. Еще в февральской редакции норматива речь шла о 1 сентября 2023 года, что встретило несогласие экспертов РГ. Причина очевидна – сам закон вступил в силу 29 июня 2022 года и дальнейшие промедления в его реализации недопустимы.

Что касается самих требований, то надо сказать, что в нынешней редакции они много лучше февральских, но тоже несовершенны. Не будем вдаваться в юридические нюансы: они будут представлены в РГ.

А в это время… врачи продолжают назначать препараты офф-лейбл, так как бездействие регулятора не может служить основанием для переноса лечения на 1 сентября 2024 года.

Ранее мы уже писали о проблеме офф-лейбл в других материалах фонда:

«Oфф-лейбл уже можно, но все еще нельзя»;

«Off-label или off-use?».

12/07/2023, 11:50
Комментарий к публикации:
Битва за офф-лейбл продолжается
Камолов Баходур Шарифович
Камолов Баходур Шарифович
Главный редактор
Потерянные и забытые
Потерянные и забытые
И снова о документе, который уже больше года никому не дает покоя – приказе №116н – порядке оказания онкологической помощи взрослым, который начал действовать с 2022 года. В адрес этого документа высказано так много замечаний и организаторами здравоохранения, и руководителями лечебных учреждений, и рядовыми врачами, что, казалось бы, говорить больше не о чем. К сожалению, это не так: тема оказалась неисчерпаемой. Эксперты фонда «Вместе против рака» тоже и уже не раз давали оценки новому порядку. Сегодня хочу остановиться на одном аспекте, имеющем колоссальную важность: речь пойдет о двух категориях онкологических больных, которым не нашлось места в новом порядке. Фактически о них просто забыли. Однако не забыл о них следственный комитет. Как раз на днях «Медицинская газета» осветила уголовное дело в отношении врача-хирурга, выполнившего спасительную резекцию ректосигмоидного отдела толстой кишки.

Если человека нельзя вылечить, то это не значит, что ему нельзя помочь

Таков основной посыл паллиативной помощи. Однако ее возможности ограничены: в частности, для онкологических пациентов не предусмотрена хирургическая помощь. Равно как не предусмотрена она и соответствующим порядком онкологической помощи. Речь о пациентах с распространенным раком, которые не могут быть прооперированы радикально, но нуждаются в паллиативном хирургическом вмешательстве. Такая помощь обеспечивает более высокое качество дожития, например, онкобольных с кишечной непроходимостью, кровотечениями при распространенном процессе, с нарушением оттока мочи, скоплением жидкости в плевральной или брюшной полости и т. д. Химиотерапевты не могут без стабилизации состояния провести таким пациентам лекарственное лечение. В специализированных онкологических учреждениях симптоматическая хирургия не предусмотрена. Да и вообще система паллиативной помощи не подразумевает хирургию. В неспециализированных учреждениях таких пациентов теперь тоже не ждут, если стационар не включен в региональную систему маршрутизации онкобольных.

С вступлением в силу приказа №116н такой больной может быть госпитализирован в многопрофильный стационар только как неонкологический пациент. Чтобы не нарушать никакие порядки и получить оплату за данный клинический случай, врачи вынуждены хитрить и фантазировать, выдумывая обоснования для госпитализации.

Часть людей обращается за такой помощью в частные клиники. Еще часть – в хосписы и паллиативные отделения, но вот только там нет хирургии. Таким образом, сформировалась когорта онкобольных, на которых действие нового порядка не распространяется. Подсчитать число таких пациентов сложно, так как теперь они находятся вне зоны внимания онкослужбы.

Между небом и землей

Ситуация вокруг этих больных нередко обрастает и дополнительными сложностями, которые недавно освещала наша редакция по результатам большого аналитического исследования, посвященного вопросам паллиативной помощи в России.

Во-первых, не все онкологи сообщают пациенту, что возможности лечения заболевания исчерпаны. Из-за этого не выдают направление в специализированные паллиативные отделения или хосписы. А некоторые просто не знают, что требуется дополнительное заключение. И складывается ситуация, когда пациент не получает онкологическое лечение, поскольку показаний уже нет, но и нет возможности получить паллиативную помощь, поскольку отсутствует направление от врача-онколога. Но наиболее важно то, что в контексте хирургической паллиативной помощи такие пациенты попросту вне курации обеих служб, т. е. без гарантий и помощи.

Во-вторых, имеются интересные особенности в преемственности онкологической и паллиативной помощи, а именно: странное «блуждание» пациентов между паллиативом и онкологией. Это обусловлено тем, что сопроводительная терапия в онкологическом секторе, в том числе уход за пациентом, обезболивание, устранение тошноты и рвоты, толком не регулируется и не оплачивается по программе госгарантий. Поэтому тяжелые, фактически умирающие от осложнений, пациенты попадают в паллиатив. А там при грамотном подходе буквально оживают и возвращаются в онкологические учреждения, чтобы продолжить основное лечение. С клинической точки зрения это нонсенс.

Сопровожден до осложнений

Означенные проблемы онкослужбы дали почву для появления другой когорты онкологических пациентов, оказание помощи которым не предусмотрено ни новым минздравовским порядком, ни иными нормативными актами, регулирующими данную сферу здравоохранения.

Я говорю о тех, кто нуждается в сопроводительной терапии осложнений, наступающих во время лечения онкологических заболеваний. По большому счету к их числу относятся все 100% онкобольных, поскольку те или иные неблагоприятные последствия «химии» возникают у каждого. Таких состояний много: тошнота, рвота, нейтропения, тромбоцитопения, анемия, инфекции, мукозиты, болевой синдром и т. д.

Да, онкологи назначают пациентам препараты, снижающие негативные проявления последствий химиотерапии, в частности противорвотные средства. Но, во-первых, такие препараты покупаются обычно за средства пациентов, во-вторых, состояния могут быть куда более серьезными, они не снимаются приемом таблетированных лекарств и требуют проведения инфузионной либо иной терапии в стационарных условиях. Однако попасть туда не так просто. В онкологической службе вся помощь исключительно плановая, поэтому онкобольной с осложнениями может поступить только в общелечебную сеть, где не всегда знают, как помочь пациенту с диагнозом «онкология» в случае резкого снижения гемоглобина, высокого лейкоцитоза и пр.

Иными словами, из поля зрения авторов порядка оказания онкологической помощи и разработчиков клинических рекомендаций выпала не просто группа больных, а целый раздел лечения. Хотя справедливости ради надо сказать, что «проведение восстановительной и корригирующей терапии, связанной с возникновением побочных реакций на фоне высокотоксичного лекарственного лечения» предусмотрено как одна из функций онкологических учреждений, однако соответствующих условий для реализации нет.

До сих пор нет ни отдельного тома клинических рекомендаций по сопроводительной терапии осложнений онкологических заболеваний, ни соответствующих разделов в профильных клинических рекомендациях по злокачественным новообразованиям, за редким исключением, которое еще больше подтверждает правило. А коль скоро нет клинических рекомендаций по оказанию данного вида медицинской помощи, нет и тарифов на него. А если нет тарифов, медицинские организации не могут заниматься сопроводительной терапией осложнений онкологических заболеваний. Круг замкнулся.

Безусловно, некая положительная тенденция к решению этой проблемы есть. Для начала в последние годы она довольно активно обсуждается. Кроме того, с 2023 года введен подход по использованию коэффициента сложности лечения пациента (КСЛП), который «удорожает» базовый тариф, доплата предназначена для возмещения расходов на сопроводительную терапию. Однако механизм крайне выборочно покрывает препараты, используемые для лечения осложнений, да и сумма в 16–18 тыс. руб. зачастую меньше реальных расходов.

Если бы данный вид медицинской помощи нашел полноценное отражение в клинических рекомендациях и новом порядке, это позволило бы создать в онкодиспансерах отделения сопроводительной терапии, которые принимали бы пациентов с осложнениями в режиме 24/7, в том числе по экстренным показаниям.

Что же происходит в реальности? То же, что и в случае с первой категорией онкобольных: человек сам приобретает нужные препараты и (или) ищет врача или медсестру, которые готовы ему помочь. Какими в случае неблагоприятных событий могут быть юридические последствия такой помощи «по договоренности», несложно представить.

21/03/2023, 12:05
Комментарий к публикации:
Потерянные и забытые
Страница редакции
Обсуждение
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Актуальное
все