Биоаналоги — это не дженерики
Дженерики — это точные копии оригинальных лекарств. У них одинаковы и дозировка, и способ применения, и профиль безопасности, и показания, а главное — сама структура действующего вещества (благодаря тому, что их молекулы относительно невелики и производятся обычно методом химического синтеза в точно заданных условиях и с предсказуемым выходом). А биоаналоги — это препараты с такими же, как у оригинала, клиническими характеристиками (биологической мишенью, показаниями, эффективностью и безопасностью), но не идентичным строением молекулы, что и отражено в термине. Допускаются небольшие незначительные вариации, которые при этом не должны негативно сказываться на профиле безопасности и эффективности. Неидентичность обусловлена тем, что биологические препараты — это сложные молекулы, которые производятся биотехнологическим способом, обычно с помощью клеточных линий.
Процесс испытаний и регистрации биоаналогов тоже отличается. Для регистрации дженериков достаточно клинических исследований (КИ) I фазы — обычно для подтверждения сопоставив мой фармакокинетики; такое подтверждение называется исследованием биоэквивалентности, а иногда КИ биоэквивалентности дженериков вообще могут не требоваться, тогда разработка будет ограничиваться только фармацевтическими испытаниями. А для биоаналогов необходим гораздо больший объем молекулярно-биологических исследований и последующих клинических испытаний.
Несмотря на эти явные различия, в аналитических базах данных фармрынка биоаналоги как отдельная группа зачастую не рассматриваются и нередко до сих пор включаются в группу дженериков, что затрудняет анализ их закупок.
Таблица 1. Сравнительная характеристика биоаналогов и дженериков
Свойства препарата | Дженерик | Биоаналог |
Способ получения | Химический синтез | Биологический синтез |
Размер молекулы | Преимущественно небольшой | Большой (крупные полипептидные цепи) |
Молекулярная масса | <1000, чаще всего <500 дальтонов | От тысяч до сотен |
Структура | Простая | Сложная, с вариациями |
Производство | Предсказуемый процесс | Специализированный процесс |
Аналитические методы | Относительно легко определить | В силу структурной сложности чистоту и строение молекулы |
Стабильность | Относительно стабильны | Чувствительны |
Генотоксичные примеси | Да | Нет |
Биологические примеси | Редко | Часто (необходимы меры для предотвращения вирусного, грибкового или бактериального заражения) |
Лекарственная форма | Обычно пероральная (таблетки) | Обычно парентеральная (внутривенная инфузия раствора) |
Минимальные требования | Одна фаза клинических испытаний | Аналитические |
Особенности процедуры | Доклинические исследования | Нужна предварительная подробная характеристика продукта, включая механизм действия. |
Конкурентоспособность — в цене
Экономию при закупке биоаналогов в первую очередь увидят клиники. Например, в группировщике КСГ на 2024 год есть схема sh0504 — применение пембролизумаба в дневном стационаре в дозе 200 мг в 1-й день, цикл 21 день. Тариф КСГ ds19.129 составляет 275 646,168 руб. При этом если клиника закупит оригинальный препарат, то тариф окажется дефицитным, клиника недополучит более 65 тыс. рублей из потраченных. Если же клиника выберет биоаналог, то останется в плюсе (примерно на 20 тыс. рублей).
Если взять схему sh1101.1, в которой применяется бевацизумаб в дозе 5–10 мг/кг в 1-й, 15-й дни; цикл 28 дней, то при закупке оригинального препарата тариф КСГ ds19.122 (85 418 руб.) тоже окажется дефицитным, а при закупке биоаналога — профицитным.
Таким образом, применительно к оплате по системе КСГ в дневном и круглосуточном стационарах, где затраченные клиникой средства возмещаются по фиксированному тарифу с указанием МНН, а не торгового названия, клиникам выгодно сэкономить на закупке, выбрав биоаналог вместо оригинального препарата. Анализ российского фармрынка подтверждает эту тенденцию: на биоаналог пембролизумаба от компании «Биокад» пришелся наибольший объем затрат в группе отечественных противоопухолевых препаратов, свидетельствуют данные компании DSM Group.
Таблица 2. Сравнение затрат на оригинальные и биоаналогичные пембролизумаб и бевацизумаб при использовании схем sh0504 и sh1101.1
Препарат | Предельная отпускная | Стоимость | Маржа, | |
Пембролизумаб | Оригинал — «Китруда» | 154 977,5 | 340 950,5 | –65 304,332 |
Биоаналог — «Пемброриа» | 116 233,1 | 255 712,82 | 19 933,348 | |
Бевацизумаб | Оригинал — «Авастин» | 61 536,82 | 135 381 | –49 963 |
Биоаналог — «Авегра» | 34 508,0 | 75 917,6 | 9500,4 | |
Источники: Государственный реестр предельных отпускных цен, письмо Минздрава России от 19.02.2024 № 31-2/200 «О методических рекомендациях по способам оплаты медицинской помощи за счет средств обязательного медицинского страхования»
На закупку онкопрепаратов в России в последние годы тратится все больше, а моноклональные антитела — одни из самых дорогих в списке, но биоаналоги способны изменить эту ситуацию. Можно предполагать, что при увеличении количества биоаналогов на рынке, повышении доверия врачей к этим препаратам и вытеснении ими более дорогих оригинальных лекарств закономерным следствием будет снижение тарифов, и тогда экономия напрямую отразится на госбюджете.
Однако нужно учитывать, что относительно низкие цены на биоаналоги возможны лишь в условиях здоровой конкуренции. «Проблема в том, что у биоаналога может не быть конкурентов или их число может быть сильно ограничено, например только оригинальный препарат и еще один биоаналог, поэтому его цена может быть достаточно высокой. И то, что на разработку было затрачено не так много, в ситуации ограниченной конкуренции или ее отсутствия может не побудить производителя снизить цену», — подчеркивает к.м.н. Равиль Ниязов, специалист по разработке и регистрации лекарственных препаратов и сооснователь ООО «Центр научного консультирования».
С другой стороны, стоимость самого производства биоаналога сопоставима со стоимостью производства оригинального препарата, и биоаналог дешевле только за счет того, что производитель не тратится на долгие поиски мишени для «работающей» молекулы и масштабные клинические исследования. Поэтому даже в условиях жесткой конкуренции цены на биоаналоги вряд ли будут снижаться настолько же, насколько они снижаются на дженерики. Однако бывают и исключения. Так, «Р-Фарм» выиграла у «Биокада» право заключить офсетный контракт с правительством Москвы на поставку биоаналога пембролизумаба и еще трех других лекарств, снизив начальную цену контракта в четыре раза. Это стало поводом для жалобы «Биокада» в ФАС, которая тем не менее нарушений не увидела.
МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА
Равиль Ниязов, специалист по разработке и регистрации лекарственных препаратов и сооснователь ООО «Центр научного консультирования», к.м.н.
Никто не сомневается, что выпуск биоаналогов — это «протоптанная дорожка», на которой ждет успех. В мире рынок биоаналогов хорошо развивается: появляются биоаналоги основных групп биотехнологических препаратов. В США их доля растет постепенно, в Европе они моментально захватывают рынок и удешевляют терапию. В России примерно то же самое — быстро разрабатываются и появляются на рынке, хотя есть специфика ценообразования: если оригинальный препарат уходит с рынка по тем или иным причинам, то цена биоаналога может быть любой, и не обязательно она ниже оригинатора. Но насколько экономичнее их российское производство, у меня точных данных нет. Возможно, за счет более дешевых трудовых ресурсов получается более дешевый препарат, который может даже конкурировать с западными биоаналогами (но вряд ли сможет с китайскими или индийскими, так как в этих странах более образованные специалисты с точки зрения разработки и производства и более мощные фармрынки). Но пока я не слышал, чтобы российские биоаналоги составляли кому-то конкуренцию за рубежом. Если мы говорим о биоаналогах, которые разработаны по европейским и американским правилам, то проблемы с безопасностью и эффективностью не зафиксированы. И европейские, американские, японские продукты, т. е. биоаналоги из стран со строгим регулированием, имеют такую же эффективность и безопасность, как и оригинальные препараты. Российские биоаналоги не отличаются от западных биоаналогов в том смысле, что это технологические продукты, которые российские компании стараются разрабатывать так, как они и должны разрабатываться, — по правилам. Но на Западе экспертизу производства (документальную и инспекционную) одновременно и независимо друг от друга проводят десятки людей, а у нас качество производства по большому счету оценивается только с точки зрения GMP, реальной научной экспертизы производства практически нет. Поэтому мы не можем утверждать, что российское производство биоаналогов — на мировом уровне. Больших проблем точно нет, поскольку препараты уже на рынке, и о критичных случаях не сообщалось. Но это мешает российским биоаналогам быть на высшем мировом уровне.
К обсуждению влияния биоаналогов на бюджет добавим, что их разработка экономит его и другим путем. Поскольку практически вся иностранная «биг фарма» отказалась от проведения в России международных КИ, многие пациенты — участники этих КИ — лишились бесплатного доступа к весьма дорогостоящей терапии. Эти расходы «приплюсовались» к ежегодным расходам государства на онкопомощь. Но проведение КИ для регистрации биоаналогов вновь открывает пациентам возможность бесплатно получать дорогие лекарства и снижает таким образом нагрузку на госбюджет.
Ложка дегтя
Сейчас заканчивается действие многих патентов на моноклональные антитела. Но пока прогнозировать взрывной рост рынка российских биоаналогов с полной уверенностью нельзя. «О полноценном импортозамещении в области биологических, точнее, биотехнологических препаратов именно сейчас говорить сложно, — комментирует Равиль Ниязов, — но не потому, что российские биоаналоги недостаточно качественные (это не так), а потому, что разработчиков биопрепаратов мало, это буквально 3–4, может 5 компаний, а нужных препаратов много, и эти компании не в состоянии производить всю линейку биопрепаратов: производственные циклы длительные, требуется соответствующее оборудование, специалисты, и производители биоаналогов сосредотачиваются на выпуске блокбастеров. Именно поэтому сейчас невозможно импортозаместить все, что хотелось бы».
Кроме того, скептики еще десять лет назад, при появлении первых российских биоаналогов, высказывали опасения о том, что благодаря своей цене эти препараты вытеснят оригинальные с рынка, но качество их будет ниже, чем у оригиналов.
Однако до настоящего времени каких-либо сообщений о низком качестве или незарегистрированных нежелательных явлениях биоаналогов не появлялось ни в мире, ни в России.
Тем не менее есть некоторые нюансы проверки качества биоаналогов, которые могли бы контролироваться государством более строго. Так, сейчас для этого используются лабораторные образцы, а не промышленные. «Российские биоаналоги не отличаются от западных в том смысле, что это технологические продукты, которые российские компании стараются разрабатывать так, как они и должны разрабатываться — по правилам. Евразийские правила, которые действуют, в целом позволяют, если их соблюдать от и до, обеспечивать высокое качество биоаналогов в России. Вопрос в том, насколько они соблюдаются, — рассказывает Равиль Ниязов. — При оценке биоэквивалентности дженериков и биоаналогичности должна использоваться та же серия, на которой производились испытания уровня качества, физико-химические, доклинические исследования; точнее, та же версия процесса производства должна использоваться для наработки клинических серий, которые используются в клинических исследованиях. И дальше этот же процесс производства должен быть одобрен. К сожалению, у нас отслеживанию этого ключевого аспекта в разработке биоаналогов (равно как и дженериков) уделяется недостаточное внимание. Он должен контролироваться на предрегистрационном этапе и далее перепроверяться в рамках пострегистрационного жизненного цикла лекарственного препарата».
Кроме того, необходим реальный фармаконадзор биоаналогов. Нужно собирать данные о НЯ на фоне лечения оригинальными препаратами и биоаналогами, чтобы получить объективную картину их безопасности. Сейчас эта система в России полноценно не функционирует. «Как и для других препаратов, для биоаналогов фармаконадзор существует. Но его уровень ниже, чем в других юрисдикциях, на которые мы обычно ориентируемся», — говорит Равиль Ниязов.
Вопрос доверия
Хотелось бы, чтобы низкая цена российских биоаналогов не стала их единственным достоинством. Производителям следует прилагать усилия, чтобы продемонстрировать свою надежность: если требования к биоаналогам будут соблюдаться лишь формально, то онкологи не будут абсолютно уверены в их качестве, а значит, не отдадут им предпочтение при наличии на рынке оригиналов. Контроль качества биоаналогов должен быть сопоставим с контролем качества при производстве оригинала, тогда вместо экономии клиники не выбросят деньги на ветер (применяя неэффективный или небезопасный, хоть и более дешевый препарат). Иначе говоря, российские биоаналоги не должны подпасть под подозрение, как российские дженерики.
