Вверх
Оставить отзыв
Только для врачей

В Госдуме проконтролируют организацию и оказание онкопомощи в регионах. Результаты опросов врачей и пациентов будут визуализированы на интерактивной карте

/

В Госдуме запустили проект общественного контроля работы онкослужбы «Онкомонитор»

/

Вышел в свет первый выпуск экспертно-аналитического вестника «ЭХО онкологии»

/

В реанимацию могут не пустить братьев пациента, опекунов и детей до 14 лет. Больницы не обязаны выполнять эти требования, поясняет эксперт

/

Как устроена диагностика в системе ОМС, как развивается онкодиагностика, как упростить взаимодействие частной и государственной медицины?

/

Минздрав ставит целевые показатели по улучшению здоровья россиян. А когда не достигает их — манипулирует статистикой

/

«К заключениям из частных клиник относятся крайне скептически» Что нужно знать об отсрочке от мобилизации по болезни?

/

Сколько стоит честь врача? Недорого. О перспективах защиты медработниками чести и достоинства в суде

/

На раке решили не экономить. ФФОМС попробует отказаться от оплаты высокотехнологичного лечения онкологии по тарифам, утвержденным Минздравом РФ

/

«Осуждение врачей за убийство войдет в историю». Дело работников калининградского роддома плачевно скажется на всей отрасли здравоохранения

/

Применение препаратов off-label у детей «формально заморожено» до вступления в силу клинических рекомендаций и стандартов медпомощи

/

А полечилось как всегда. Закон о назначении детям «взрослых» препаратов дал неожиданный побочный эффект

/

Как в России лечат рак молочной железы? Минздрав России опубликовал новые стандарты медицинской помощи при раке молочной железы у взрослых

/

ФСБ расследует «финансирование» российских медработников иностранными фармкомпаниями

/
Пост-релиз
17 ноября 2023
849

Парламентский контроль регионов: доступность диагностики и лечения онкозаболеваний в Самарской области

Автор: Фонд «Вместе против рака»
Парламентский контроль регионов: доступность диагностики и лечения онкозаболеваний в Самарской области
В Самарской Губернской Думе 25 октября 2023 года состоялось рабочее совещание законодателей федерального и регионального уровней, посвященное персонализированной медицине и сопроводительной терапии в онкологии. Это третье из цикла тематических мероприятий в регионах России, организованное рабочей группой по онкологии, онкогематологии и трансплантации Комитета Госдумы по охране здоровья.

На парламентском контроле

Рабочее совещание на тему «Персонализированная медицина и сопроводительная терапия в онкологии» прошло в формате круглого стола. К депутатам Госдумы и Самарской Думы присоединились руководители министерства здравоохранения и ТФОМС Самарской области, представители Самарского государственного медицинского университета, главные внештатные специалисты (ГВС) Минздрава России и региона, специалисты Самарского областного клинического онкологического диспансера, представители ЦЭККМП Минздрава России и др.

Парламентский контроль регионов: доступность диагностики и лечения онкозаболеваний в Самарской области

Г. А. Котельников, академик РАН, д.м.н., профессор, почетный ректор ФГБОУ ВО СамГМУ Минздрава России

Открывая встречу, председатель комитета Самарской Губернской Думы по здравоохранению, демографии и социальной политике Марина Сидухина отметила символичность и неслучайность выбора Самары в качестве площадки: региональный законодательный орган в настоящее время возглавляет почетный ректор Самарского государственного медицинского университета академик РАН, д.м.н., профессор Геннадий Котельников. В своих приветственных обращениях член Комитета Госдумы по охране здоровья академик РАН, д.м.н., профессор Александр Румянцев и председатель Самарской Губернской Думы Геннадий Котельников подчеркнули необходимость подобных встреч для решения правовых и финансовых вопросов, связанных с персонализированной медициной и сопроводительной терапией.

Парламентский контроль регионов: доступность диагностики и лечения онкозаболеваний в Самарской области

А.Г. Румянцев, академик РАН, д.м.н., профессор, член Комитета Госдумы по охране здоровья

Модератором выступила вице-президент фонда «Вместе против рака» к.ю.н. Полина Габай. Она пояснила, что круглый стол организован рабочей группой по онкологии, онкогематологии и трансплантации Комитета Госдумы по охране здоровья с целью исполнения решений, принятых на заседаниях рабочей группы в 20222023 годах. Совещание проходило в рамках парламентского контроля, оно призвано в том числе помочь в оценке параметров работы самарской онкослужбы и выработке общих рекомендаций для ее совершенствования.

Онкослужбе нужны кадры и деньги

О результатах деятельности онкослужбы Самарской области рассказал ГВС онколог Самарской области, главный врач ГБУЗ «СОКОД» д.м.н. Андрей Орлов. Он сообщил, что в настоящий момент показатели заболеваемости и абсолютные числа впервые выявленных злокачественных новообразований постепенно возвращаются к доковидному уровню. Показатели смертности от онкозаболеваний в регионе с каждым годом снижаются: с 201,3 человека на 100 тыс. населения в 2017 году до 189,2 – в 2022 году. Сегодня самарские цифры ниже средних по России.

Парламентский контроль регионов: доступность диагностики и лечения онкозаболеваний в Самарской области

Слева направо: А.А. Федоров, эксперт Всероссийского союза пациентов; П.Г. Габай, к.ю.н., адвокат, вице-президент фонда «Вместе против рака»; А.Е. Орлов, д.м.н., ГВС онколог Самарской области, главный врач ГБУЗ «СОКОД»

В то же время уровень онкозаболеваемости в регионе выше среднего по России: 515,8 человека на 100 тыс. населения в 2022 году. В период пандемии в регионе ежегодно недовыявляли порядка 2 тыс. больных ЗНО, образовался большой контингент запущенных больных. И теперь для решения проблемы требуется дополнительное финансирование. При этом действующая методика распределения субвенций бюджетам ТФОМС не зависит от уровня заболеваемости в регионе.

В субъекте реализуется региональная программа «Борьба с онкологическими заболеваниями в Самарской области» на 2019–2024 годы. По словам Андрея Орлова, благодаря этой программе удалось повысить выявляемость, улучшить качество диагностики и лечения онкозаболеваний, поэтому срок действия программы необходимо продлить.

Парламентский контроль регионов: доступность диагностики и лечения онкозаболеваний в Самарской области

В центре: П.Г. Габай, к.ю.н., адвокат, вице-президент фонда «Вместе против рака»; М.Г. Сидухина, председатель комитета Самарской Губернской Думы по здравоохранению, демографии и социальной политике

В рамках региональной программы происходит переоснащение сети медицинских организаций, оказывающих помощь онкобольным, создаются центры амбулаторной онкологической помощи (ЦАОП), призванные снять нагрузку со специализированных онкоучреждений: в 2024 году их будет 12. Но со своей задачей ЦАОП справляются не до конца: всему виной кадровый дефицит и ограниченность применяемых там схем лекарственной терапии. Совершенствование кадрового обеспечения первичного звена, в том числе за счет целевой ординатуры, и расширение спектра схем терапии – среди приоритетных направлений развития онкослужбы региона.

Отдельно докладчик рассказал о ситуации с сопроводительной терапией. На сегодняшний день онкокойка «перегружена», финансовые возможности онкоучреждений ограничены, но общая больничная сеть не всегда готова принять пациента, нуждающегося в грамотном купировании осложнений. Амбулаторная «региональная» льгота в части поддерживающей терапии тоже не помогает: для ее финансирования недостаточно областного ресурса. По мнению главного онколога, на федеральном уровне должна быть санкционирована возможность выполнять сопроводительную терапию в отделениях медицинской реабилитации онкоучреждений, в том числе в межкурсовой период.

Онкогематологическая служба ищет свою долю

С докладом о работе региональной онкогематологической службы выступил проректор по научной работе Самарского государственного медицинского университета, ГВС гематолог Самарской области д.м.н., профессор Игорь Давыдкин. Он отметил, что в Самарской области разработана региональная программа по развитию гематологической службы до 2030 года, активно и эффективно применяется передовая эпигенетическая, таргетная и иммунологическая терапия.

Но есть факторы, препятствующие развитию онкогематологической службы. Ключевой из них – неопределенность по вопросу доли, предназначенной для оказания медпомощи пациентам с онкогематологическими заболеваниями в соответствии с клинреками, от общей массы финансовых средств, выделяемых на федеральную программу «Борьба с онкологическими заболеваниями».

Маршрутизация с осложнениями

Согласно порядку онкопомощи №116н регионы разрабатывают свои схемы маршрутизации онкопациентов – путь от диагностики до реабилитации. В Самарской области такой алгоритм утвержден, но он не учитывает особенности «передвижения» онкопациента в случае возникновения у него осложнений.

По словам заместителя главного врача по медицинской профилактике, реабилитации и связям с общественностью ГБУЗ «СОКОД» к.м.н. Татьяны Золотаревой, необходимо разработать четкие критерии движения онкопациентов с сопутствующими патологиями в системе медорганизаций региона. С учетом того, что в 99% случаев осложнений госпитализация в круглосуточный стационар (в том числе на реанимационные койки) не требуется – а значит, можно задействовать первичное звено и общую сеть.

Парламентский контроль регионов: доступность диагностики и лечения онкозаболеваний в Самарской области

Слева направо: О.И. Каганов, д.м.н., профессор, заведующий кафедрой онкологии ФГБОУ ВО СамГМУ Минздрава России; Т.Г. Золотарева, к.м.н., заместитель главного врача по медицинской профилактике, реабилитации и связям с общественностью ГБУЗ «СОКОД»

Антон Жигулев, заместитель главного врача по организационно-методической работе Пермского краевого онкологического диспансера, также обратил внимание на очевидную целесообразность маршрутизации в общую сеть пациентов с осложнениями, не нуждающихся в специализированном лечении. Так не будут «съедаться» деньги на онкопомощь. У страховщиков не должны возникнуть вопросы о непрофильной госпитализации – профиль оказания медпомощи употребляется разработчиками исключительно в целях группировки КСГ и никак не связан с профильностью стационарных коек.

Сопроводительная терапия готовится к лучшему

Участники круглого стола уделили большое внимание проблемам сопроводительной терапии в онкологии. Их целый комплекс – от отсутствия клинических рекомендаций в регуляторной плоскости до недостаточности тарифов в финансовой.

О перспективах решения проблем сообщила и. о. начальника отдела способов оплаты медпомощи ЦЭККМП Минздрава России Оксана Плахотник. По словам представителя учреждения, ответственного за разработку тарифов, в 2024 году ожидаются серьезные изменения. Во-первых, должна быть введена дифференциация значения коэффициента сложности лечения пациента (КСЛП) в зависимости от применяемой схемы лекарственной терапии. Во-вторых, перечень схем применения КСЛП (сейчас их 12) будет расширен за счет препаратов для терапии анемии. В-третьих, в новые схемы противоопухолевого лечения в качестве обязательного компонента планируется включить препараты сопроводительной терапии.

Необходимая калькуляция расчетным центром произведена – слово за регулятором.

Диагностика просит тарифы

С докладами об организации диагностических служб выступили ГВС Самарской области – ГВС по клинической лабораторной диагностике Елена Потякина и ГВС по лучевой и инструментальной диагностике Александр Капишников, а также заведующая патологоанатомическим отделением ГБУЗ «СОКОД» Оксана Югина.

Парламентский контроль регионов: доступность диагностики и лечения онкозаболеваний в Самарской области

Слева направо: С.З. Аглетдинов, заведующий рентгеновским отделением ГБУЗ «СОКОД»; А.В. Капишников, д.м.н., профессор, заведующий кафедрой лучевой диагностики и лучевой терапии ФГБОУ ВО СамГМУ Минздрава России, ГВС по лучевой и инструментальной диагностике Самарской области; Н.Е. Торопова, д.б.н., заведующая клинико-диагностической лабораторией ГБУЗ «СОКОД»

Самарская область в целом демонстрирует успешную практику в деле диагностики. Установлены тарифы на МГИ и ПАИ, КТ- и МРТ-диагностику (с контрастом и без). По словам замдиректора ТФОМС Самарской области Станислава Соколова, тарифы ежегодно индексируются, исследования фактически проводятся, нормативы «выбираются». В случае необходимости результаты направляются на пересмотр в федеральные референс-центры, организовано двойное чтение маммограмм. Идет работа по межтерриториальным и межучрежденческим расчетам.

Парламентский контроль регионов: доступность диагностики и лечения онкозаболеваний в Самарской области

Слева направо: Е.Е. Потякина, заведующая отделением лабораторной диагностики ГБУЗ «Самарская областная клиническая больница им. В.Д. Середавина», ГВС по клинической лабораторной диагностике; С.В. Соколов, заместитель директора ТФОМС Самарской области; С.А. Вдовенко, первый заместитель министра здравоохранения Самарской области, руководитель департамента организации медицинской помощи населению

Проблемы, как обычно, в финансах: например, тариф на МРТ-исследование с контрастным усилением недостаточен, а тариф на МГИ методом NGS отсутствует.

В настоящее время готовится совместный протокол, включающий рекомендации региону по совершенствованию проведения диагностических исследований и сопроводительной терапии в онкологии и онкогематологии.

Программа мероприятия и видеозапись – здесь.
telegram protivrakaru

Приказ Минздрава России от 19.02.2021 №116н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при онкологических заболеваниях».

Сидухина Марина Геннадьевна
Сидухина Марина Геннадьевна
председатель комитета по здравоохранению, демографии и социальной политике Самарской Губернской Думы
  • заместитель секретаря Самарского регионального отделения партии «Единая России» по проектной деятельности
Румянцев Александр Григорьевич
Румянцев Александр Григорьевич
депутат Госдумы РФ
  • академик РАН
  • доктор медицинских наук
  • профессор
  • член Комитета Госдумы РФ по охране здоровья
  • научный руководитель ФГБУ «НМИЦ ДГОИ им. Дмитрия Рогачева» Минздрава России
Габай Полина Георгиевна
Габай Полина Георгиевна
адвокат, вице-президент фонда поддержки противораковых организаций «Вместе против рака»
  • кандидат юридических наук
  • учредитель юридической фирмы «Факультет медицинского права»
  • доцент кафедры инновационного медицинского менеджмента и общественного здравоохранения Академии постдипломного образования ФГБУ ФНКЦ ФМБА России
  • член рабочей группы по онкологии, гематологии и трансплантации Комитета Госдумы РФ по охране здоровья
Колонка редакции
Габай Полина Георгиевна
Габай Полина Георгиевна
Шеф-редактор
Выявил – лечи. А нечем
Выявил – лечи. А нечем
Данные Счетной палаты о заболеваемости злокачественными новообразованиями (ЗНО), основанные на информации ФФОМС, не первый год не стыкуются с медицинской статистикой. Двукратное расхождение вызывает резонный вопрос – почему?

Государственная медицинская статистика основана на данных статформы № 7, подсчеты  ФФОМС — на первичных медицинских документах и реестрах счетов. Первые собираются вручную на «бересте» и не проверяются, вторые — в информационных системах и подлежат экспертизе. Многие специалисты подтверждают большую достоверность именной второй категории.

Проблема в том, что статистика онкологической заболеваемости не просто цифры. Это конкретные пациенты и, соответственно, конкретные деньги на их диагностику и лечение. Чем выше заболеваемость, тем больше должен быть объем обеспечения социальных гарантий.

Но в реальности существует диссонанс — пациенты есть, а денег нет. Субвенции из бюджета ФФОМС рассчитываются без поправки на коэффициент заболеваемости. Главный критерий — количество застрахованных лиц. Но на практике финансирования по числу застрахованных недостаточно для оказания медпомощи фактически заболевшим. Федеральный бюджет не рассчитан на этот излишек. И лечение заболевших «сверх» выделенного финансирования ложится на регионы.

Коэффициент заболеваемости должен учитываться при расчете территориальных программ. Однако далее, чем «должен», дело не идет — софинансирование регионами реализуется неоднородно и, скорее, по принципу добровольного участия. Регионы в большинстве своем формируют программу так же, как и федералы, — на основе количества застрахованных лиц. Налицо знакомая картина: верхи не хотят, а низы не могут. Беспрецедентные вложения столицы в онкологическую службу, как и всякое исключение, лишь подтверждают правило.

Этот острый вопрос как раз обсуждался в рамках круглого стола, прошедшего в декабре 2023 года в Приангарье. Подробнее см. видео в нашем Telegram-канале.

При этом ранняя выявляемость ЗНО является одним из целевых показателей федеральной программы «Борьба с онкологическими заболеваниями». Налицо асинхронность и алогичность в регулировании всего цикла: человек — деньги — целевой показатель.

Рост онкологической выявляемости для региона — ярмо на шее. Выявил — лечи. Но в пределах выделенного объема финансовых средств, которые не привязаны к реальному количеству пациентов. «Налечить» больше в последние годы стало непопулярным решением, ведь законность неоплаты медицинскому учреждению счетов сверх выделенного объема неоднократно подтверждена судами всех инстанций. Поэтому данные ФФОМС говорят о количестве вновь заболевших, но не об оплате оказанной им медицинской помощи.

Демонстрация реальной картины заболеваемости повлечет больше проблем, нежели наград. Такие последствия нивелирует цели мероприятий, направленных на онконастороженность и раннюю диагностику. Это дополнительные финансовые узы в первую очередь для субъектов Российской Федерации.

ФФОМС нашел способ снять вопросы и убрать расхождение: с 2023 года служба предоставляет Счетной палате данные официальной медицинской статистики. Однако требуются и системные решения. Стоит рассмотреть альтернативные механизмы распределения финансирования и введение специальных коэффициентов для оплаты онкопомощи. И, конечно же, назрел вопрос об интеграции баз данных фондов ОМС, медицинских информационных систем, ракового регистра и др. Пока что это происходит только в некоторых прогрессивных регионах.

26/01/2024, 14:27
Комментарий к публикации:
Выявил – лечи. А нечем
Габай Полина Георгиевна
Габай Полина Георгиевна
Шеф-редактор
Битва за офф-лейбл продолжается
Битва за офф-лейбл продолжается
Вчера в «регуляторную гильотину» (РГ) поступил очередной проект постановления правительства, определяющий требования к лекарственному препарату для его включения в клинические рекомендации и стандарты медицинской помощи в режимах, не указанных в инструкции по его применению. Проще говоря, речь о назначениях офф-лейбл. Предыдущая редакция документа была направлена на доработку в Минздрав России в феврале этого года.

Это тот самый документ, без которого тема офф-лейбл никак не двигается с места, несмотря на то, что долгожданный закон, допускающий применение препаратов вне инструкции у детей, вступил в силу уже более года назад (п. 14.1 ст. 37 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Вступить-то он вступил, но вот только работать так и не начал, потому что до сих пор нет соответствующих подзаконных нормативных актов. Подчеркнем, что закон коснулся только несовершеннолетних, еще более оголив правовую неурегулированность, точнее теперь уже незаконность, взрослого офф-лейбла. Но и у детей вопрос так и не решен.

Один из необходимых подзаконных актов был принят одновременно с законом – это перечень заболеваний, при которых допускается применение препаратов офф-лейбл (распоряжение Правительства от 16.05.2022 №1180-р). В перечень вошел ряд заболеваний, помимо онкологии, – всего 21 пункт.

А вот второй норматив (требования, которым должны удовлетворять препараты для их включения в стандарты медпомощи и клинические рекомендации) разрабатывается Минздравом России уже более года. Именно его очередная редакция и поступила на днях в систему РГ.

Удивляют годовые сроки подготовки акта объемом от силы на одну страницу. С другой стороны, эта страница открывает дорогу к массовому переносу схем офф-лейбл из клинических рекомендаций в стандарты медпомощи и далее в программу госгарантий. По крайней мере, в детской онкогематологии такие назначения достигают 80–90%. А это означает расширение финансирования, хотя скорее больше просто легализацию текущих процессов.

В любом случае для регулятора это большой стресс, поэтому спеха тут явно не наблюдается. Да и вообще решение вопроса растягивается, оттягивается и переносится теперь уже на 1 сентября 2024 года. Именно этот срок предложен Минздравом для вступления акта в силу. Еще в февральской редакции норматива речь шла о 1 сентября 2023 года, что встретило несогласие экспертов РГ. Причина очевидна – сам закон вступил в силу 29 июня 2022 года и дальнейшие промедления в его реализации недопустимы.

Что касается самих требований, то надо сказать, что в нынешней редакции они много лучше февральских, но тоже несовершенны. Не будем вдаваться в юридические нюансы: они будут представлены в РГ.

А в это время… врачи продолжают назначать препараты офф-лейбл, так как бездействие регулятора не может служить основанием для переноса лечения на 1 сентября 2024 года.

Ранее мы уже писали о проблеме офф-лейбл в других материалах фонда:

«Oфф-лейбл уже можно, но все еще нельзя»;

«Off-label или off-use?».

12/07/2023, 11:50
Комментарий к публикации:
Битва за офф-лейбл продолжается
Камолов Баходур Шарифович
Камолов Баходур Шарифович
Главный редактор
Потерянные и забытые
Потерянные и забытые
И снова о документе, который уже больше года никому не дает покоя – приказе №116н – порядке оказания онкологической помощи взрослым, который начал действовать с 2022 года. В адрес этого документа высказано так много замечаний и организаторами здравоохранения, и руководителями лечебных учреждений, и рядовыми врачами, что, казалось бы, говорить больше не о чем. К сожалению, это не так: тема оказалась неисчерпаемой. Эксперты фонда «Вместе против рака» тоже и уже не раз давали оценки новому порядку. Сегодня хочу остановиться на одном аспекте, имеющем колоссальную важность: речь пойдет о двух категориях онкологических больных, которым не нашлось места в новом порядке. Фактически о них просто забыли. Однако не забыл о них следственный комитет. Как раз на днях «Медицинская газета» осветила уголовное дело в отношении врача-хирурга, выполнившего спасительную резекцию ректосигмоидного отдела толстой кишки.

Если человека нельзя вылечить, то это не значит, что ему нельзя помочь

Таков основной посыл паллиативной помощи. Однако ее возможности ограничены: в частности, для онкологических пациентов не предусмотрена хирургическая помощь. Равно как не предусмотрена она и соответствующим порядком онкологической помощи. Речь о пациентах с распространенным раком, которые не могут быть прооперированы радикально, но нуждаются в паллиативном хирургическом вмешательстве. Такая помощь обеспечивает более высокое качество дожития, например, онкобольных с кишечной непроходимостью, кровотечениями при распространенном процессе, с нарушением оттока мочи, скоплением жидкости в плевральной или брюшной полости и т. д. Химиотерапевты не могут без стабилизации состояния провести таким пациентам лекарственное лечение. В специализированных онкологических учреждениях симптоматическая хирургия не предусмотрена. Да и вообще система паллиативной помощи не подразумевает хирургию. В неспециализированных учреждениях таких пациентов теперь тоже не ждут, если стационар не включен в региональную систему маршрутизации онкобольных.

С вступлением в силу приказа №116н такой больной может быть госпитализирован в многопрофильный стационар только как неонкологический пациент. Чтобы не нарушать никакие порядки и получить оплату за данный клинический случай, врачи вынуждены хитрить и фантазировать, выдумывая обоснования для госпитализации.

Часть людей обращается за такой помощью в частные клиники. Еще часть – в хосписы и паллиативные отделения, но вот только там нет хирургии. Таким образом, сформировалась когорта онкобольных, на которых действие нового порядка не распространяется. Подсчитать число таких пациентов сложно, так как теперь они находятся вне зоны внимания онкослужбы.

Между небом и землей

Ситуация вокруг этих больных нередко обрастает и дополнительными сложностями, которые недавно освещала наша редакция по результатам большого аналитического исследования, посвященного вопросам паллиативной помощи в России.

Во-первых, не все онкологи сообщают пациенту, что возможности лечения заболевания исчерпаны. Из-за этого не выдают направление в специализированные паллиативные отделения или хосписы. А некоторые просто не знают, что требуется дополнительное заключение. И складывается ситуация, когда пациент не получает онкологическое лечение, поскольку показаний уже нет, но и нет возможности получить паллиативную помощь, поскольку отсутствует направление от врача-онколога. Но наиболее важно то, что в контексте хирургической паллиативной помощи такие пациенты попросту вне курации обеих служб, т. е. без гарантий и помощи.

Во-вторых, имеются интересные особенности в преемственности онкологической и паллиативной помощи, а именно: странное «блуждание» пациентов между паллиативом и онкологией. Это обусловлено тем, что сопроводительная терапия в онкологическом секторе, в том числе уход за пациентом, обезболивание, устранение тошноты и рвоты, толком не регулируется и не оплачивается по программе госгарантий. Поэтому тяжелые, фактически умирающие от осложнений, пациенты попадают в паллиатив. А там при грамотном подходе буквально оживают и возвращаются в онкологические учреждения, чтобы продолжить основное лечение. С клинической точки зрения это нонсенс.

Сопровожден до осложнений

Означенные проблемы онкослужбы дали почву для появления другой когорты онкологических пациентов, оказание помощи которым не предусмотрено ни новым минздравовским порядком, ни иными нормативными актами, регулирующими данную сферу здравоохранения.

Я говорю о тех, кто нуждается в сопроводительной терапии осложнений, наступающих во время лечения онкологических заболеваний. По большому счету к их числу относятся все 100% онкобольных, поскольку те или иные неблагоприятные последствия «химии» возникают у каждого. Таких состояний много: тошнота, рвота, нейтропения, тромбоцитопения, анемия, инфекции, мукозиты, болевой синдром и т. д.

Да, онкологи назначают пациентам препараты, снижающие негативные проявления последствий химиотерапии, в частности противорвотные средства. Но, во-первых, такие препараты покупаются обычно за средства пациентов, во-вторых, состояния могут быть куда более серьезными, они не снимаются приемом таблетированных лекарств и требуют проведения инфузионной либо иной терапии в стационарных условиях. Однако попасть туда не так просто. В онкологической службе вся помощь исключительно плановая, поэтому онкобольной с осложнениями может поступить только в общелечебную сеть, где не всегда знают, как помочь пациенту с диагнозом «онкология» в случае резкого снижения гемоглобина, высокого лейкоцитоза и пр.

Иными словами, из поля зрения авторов порядка оказания онкологической помощи и разработчиков клинических рекомендаций выпала не просто группа больных, а целый раздел лечения. Хотя справедливости ради надо сказать, что «проведение восстановительной и корригирующей терапии, связанной с возникновением побочных реакций на фоне высокотоксичного лекарственного лечения» предусмотрено как одна из функций онкологических учреждений, однако соответствующих условий для реализации нет.

До сих пор нет ни отдельного тома клинических рекомендаций по сопроводительной терапии осложнений онкологических заболеваний, ни соответствующих разделов в профильных клинических рекомендациях по злокачественным новообразованиям, за редким исключением, которое еще больше подтверждает правило. А коль скоро нет клинических рекомендаций по оказанию данного вида медицинской помощи, нет и тарифов на него. А если нет тарифов, медицинские организации не могут заниматься сопроводительной терапией осложнений онкологических заболеваний. Круг замкнулся.

Безусловно, некая положительная тенденция к решению этой проблемы есть. Для начала в последние годы она довольно активно обсуждается. Кроме того, с 2023 года введен подход по использованию коэффициента сложности лечения пациента (КСЛП), который «удорожает» базовый тариф, доплата предназначена для возмещения расходов на сопроводительную терапию. Однако механизм крайне выборочно покрывает препараты, используемые для лечения осложнений, да и сумма в 16–18 тыс. руб. зачастую меньше реальных расходов.

Если бы данный вид медицинской помощи нашел полноценное отражение в клинических рекомендациях и новом порядке, это позволило бы создать в онкодиспансерах отделения сопроводительной терапии, которые принимали бы пациентов с осложнениями в режиме 24/7, в том числе по экстренным показаниям.

Что же происходит в реальности? То же, что и в случае с первой категорией онкобольных: человек сам приобретает нужные препараты и (или) ищет врача или медсестру, которые готовы ему помочь. Какими в случае неблагоприятных событий могут быть юридические последствия такой помощи «по договоренности», несложно представить.

21/03/2023, 12:05
Комментарий к публикации:
Потерянные и забытые
Страница редакции
Обсуждение
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Актуальное
все