Вверх
Оставить отзыв
Только для врачей

В Госдуме проконтролируют организацию и оказание онкопомощи в регионах. Результаты опросов врачей и пациентов будут визуализированы на интерактивной карте

/

В Госдуме запустили проект общественного контроля работы онкослужбы «Онкомонитор»

/

Вышел в свет первый выпуск экспертно-аналитического вестника «ЭХО онкологии»

/

В реанимацию могут не пустить братьев пациента, опекунов и детей до 14 лет. Больницы не обязаны выполнять эти требования, поясняет эксперт

/

Как устроена диагностика в системе ОМС, как развивается онкодиагностика, как упростить взаимодействие частной и государственной медицины?

/

Минздрав ставит целевые показатели по улучшению здоровья россиян. А когда не достигает их — манипулирует статистикой

/

«К заключениям из частных клиник относятся крайне скептически» Что нужно знать об отсрочке от мобилизации по болезни?

/

Сколько стоит честь врача? Недорого. О перспективах защиты медработниками чести и достоинства в суде

/

На раке решили не экономить. ФФОМС попробует отказаться от оплаты высокотехнологичного лечения онкологии по тарифам, утвержденным Минздравом РФ

/

«Осуждение врачей за убийство войдет в историю». Дело работников калининградского роддома плачевно скажется на всей отрасли здравоохранения

/

Применение препаратов off-label у детей «формально заморожено» до вступления в силу клинических рекомендаций и стандартов медпомощи

/

А полечилось как всегда. Закон о назначении детям «взрослых» препаратов дал неожиданный побочный эффект

/

Как в России лечат рак молочной железы? Минздрав России опубликовал новые стандарты медицинской помощи при раке молочной железы у взрослых

/

ФСБ расследует «финансирование» российских медработников иностранными фармкомпаниями

/
Закон
25 декабря 2023
542

Проекты на стол: как происходит рассмотрение клинических рекомендаций по онкологии

Автор: Экспертно-аналитический вестник «ЭХО онкологии»
Проекты на стол: как происходит рассмотрение клинических рекомендаций по онкологии
Разработка и пересмотр клинических рекомендаций (КР) — трудоемкая и многозадачная процедура. Большинство проектов КР не доходит не только до стадии опубликования в Рубрикаторе клинических рекомендаций, но и до рассмотрения научно-практическим советом Минздрава России (НПС). Именно он решает — одобрить, пересмотреть, доработать или отклонить конкретную КР. В таблице после статьи представлены результаты заседаний НПС, начиная с сентября 2022 года. Два заседания в таблицу не попали, так как на них не рассматривались онкологические проекты КР.

Научно-практические странности

За два года было подготовлено 87 проектов клинических рекомендаций по онкологии, из них 14 дошли до Научно-практического совета Минздрава России и только два одобрены. Чем вызвана такая печальная статистика?

Информация в настоящей статье приводится по состоянию на 13.11.2023, т.е. дату подписания в печать экспертно-аналитического вестника «ЭХО онкологии». – 2023. – №1.

Голоса бессильны

Решение НПС Минздрава России нередко принимаются вопреки результатам голосования. Согласно п. 19 приказа Минздрава России № 102н НПС принимает решения не менее, чем двумя третями голосов от общего числа присутствующих на заседании. Однако на практике это требование нарушается.

В частности, как следует из содержания протокола заседания НПС № 26 от 29.05.2023, большинство клинических рекомендаций, представленных на рассмотрение совета, были направлены на доработку (52 и 60 КР). Решение принято вопреки воле голосующих — более 2/3 членов совета выступили против.

Например, против направления на доработку КР по заболеванию «Рак ротоглотки» выступили 31 из 40 голосовавших. Аналогичная ситуация — с КР по заболеваниям «Злокачественные опухоли слюнных желез».

Для подобного решения нашлось основание. Приказ Минздрава России от 28.02.2019 № 104н «Об утверждении порядка и сроков одобрения и утверждения клинических рекомендаций, критериев принятия научно-практическим советом решения об одобрении, отклонении или направлении на доработку клинических рекомендаций либо решения об их пересмотре» требует направить КР на доработку, если проект не соответствует хотя бы одному из критериев.

Налицо противоречие двух актов. Таким образом, если голосование — формальность, принимаемые решения НПС Минздрава нелегитимны.

Много дублей

Все на том же майском заседании НПС рассматривал 10 дублирующих друг друга проектов КР по лечению опухолей головы и шеи. Заявления направлены в целях пересмотра КР, утвержденных в 2020 году Российским обществом специалистов по опухолям головы и шеи (РОСОГШ). Первый пакет проектов КР подали первичные разработчики — РОСОГШ, второй — группа НКО (Ассоциация онкологов России, Федерация специалистов по лечению заболеваний головы и шеи, Ассоциация онкологических организаций Сибири и Дальнего Востока, Российским обществом клинической онкологии и РОСОГШ). Позже соавторство РОСОГШ было опровергнуто в письме президента общества, д.м.н., профессора Али Мудунова (от 24.07.2023).

НПС Минздрава России принял решение создать рабочую группу для совместной доработки дублирующихся КР — из-за того, что поступили несколько клинических рекомендаций по одним МКБ. Резолюция НПС нарушает требования законодательства, так как объединение рабочей группы допустимо только на этапе первичной разработки и одобрения КР, а не в случае пересмотра уже одобренных КР (ч. 8 ст. 37 ФЗ № 323, п. 4 и 11 Приказа Минздрава России от 28.02.2019 № 104н).

Проекты дублирующихся КР не подлежали рассмотрению НПС. Согласно нормам закона (ч. 7 ст. 37 ФЗ № 323) и требованиям нормативно-правовых актов (пп. «в» п. 4 Порядка и сроков одобрения и утверждения клинических рекомендаций, утвержденных приказом Минздрава России от 28.02.2019 № 104н), по каждому заболеванию, состоянию (группе заболеваний, состояний) для взрослых и детей может быть одобрено и утверждено соответственно не более одной клинической рекомендации.

НПС может привлечь иные медицинские профессиональные некоммерческие организаций только в том случае, если разработчик не представил в Минздрав КР для пересмотра в установленный законом срок (не реже одного раза в три года). Проекты дублирующихся клинических рекомендаций не подлежат рассмотрению Минздравом России, если имеются одобренные клинические рекомендации по этим же заболеваниям и срок пересмотра не истек (ч. 7 ст. 37 ФЗ № 323, пп. «в» п. 4 Приказа Минздрава России от 28.02.2019 № 104н).

Потерялись по дороге

Проекты многих КР так и не доходят до рассмотрения НПС. Посмотрим на примерах прошедшего и этого года.

В 2022 году было подано 50 проектов КР по онкологическим заболеваниям. Из них 40 «пропали без вести», а 10 все же попали на заседания НПС. После чего только два проекта отправились на доработку (КР по «Меланоме кожи и слизистых оболочек» и по «Саркоме Капоши»). Остальные одобрены.

В 2023 году подано 37 проектов КР по онкодиагнозам. Многие направлялись в Минздрав России по несколько раз. Причина — пока направленные на обновление проекты ждали своей очереди, появлялись новые основания для пересмотра. В конечном счете 25 проектов не дошли до заседаний НПС. Совет рассмотрел 12 проектов и все отправил на доработку.

В итоге за два года из 87 проектов рассмотрены 22, одобрены 8, отправлены на доработку 14.

С 2020 по 2023 год Минздрав России утвердил 57 стандартов медицинской помощи по онкологическим заболеваниям. Ознакомиться с ними, а также с клиническими рекомендациями, на основе которых разработаны СМП, можно по ссылке.

Интересно, что Минздрав России вправе проверять проект КР до 76 дней (приказ № 104н). На экспертизе в ФГБУ «ЦЭККМП» Минздрава России КР могут задержаться максимум на 30 дней. То есть министерство и экспертное учреждение должны вместе «успеть за 106 дней». Но на деле процесс порой затягивается на годы. Этому способствует, в том числе, размытость правил о сроках в приказе № 104н. Одни этапы исчисляются в рабочих днях, другие в календарных, что не позволяет составить четкое представление о предельных сроках и контролировать их соблюдение.

С 2025 года незначительно изменятся сроки некоторых этапов разработки и утверждения КР. Кроме того, ЦЭККМП Минздрава России будет направлять свое экспертное заключение не только в Минздрав России, но и в НПС. Взаимодействовать участники процесса будут в электронном виде посредством ЕГИСЗ. Изменения внесены Приказом Минздрава России от 28.09.2023 №507н.

Пересмотр порядка

Еще одна проблема — от процесса согласования КР фактически отстранена Национальная Медицинская Палата (НМП). По действующим правилам она должна участвовать в разработке на этапе общественного обсуждения клинических рекомендаций. По приказу № 103н обсуждение проходит с обязательным участием научных организаций, вузов, медицинских организаций, медицинских профессиональных НКО, их ассоциаций (союзов), указанных в ч.5 ст. 76 Федерального закона № 323-ФЗ. Приказ содержит описание критериев, которым нужно соответствовать, чтобы стать обязательным участником общественного обсуждения. Именно НМП еще в 2018 году стала единственной организацией, которую Минздрав признал отвечающей всем критериям: она объединяет не менее 50 % других НКО (постановление Правительства РФ от 17.03.2018 № 292). Несмотря на свой статус, НМП фактически исключена из процесса общественного обсуждения.

Вся процедура разработки и пересмотра КР «от и до» вызывает вопросы даже у самого НПС Минздрава России.

В протоколе от 29.05.2023 № 26 НПС предложил Минздраву задуматься об изменении порядка разработки/пересмотра клинических рекомендаций, а также скорректировать и положение о самом Совете. Срок для этого отвели до 1 августа 2023 года, но об изменениях до сих пор не слышно. Кроме того, НПС порекомендовал министерству тщательнее следить за актуальностью и обновлением информации в рубрикаторе КР.

Таблица 1. Результаты заседаний НПС начиная с сентября 2022 года (кроме тех, на которых не рассматривались онкологические проекты КР).

Проекты КР по лечению ЗНО

Решения НПС

Заседание НПС

Злокачественное новообразование ободочной кишки

(C18, C19, взрослые)

Одобрить.

Размещение: 12.12.2022.

Применение: с 01.01.2024.

Приказом Минздрава России
от 04.08.2023 № 414н утвержден

стандарт медицинской помощи
на основе данной КР

30.09.2022,

протокол № 22

Хронический болевой синдром (ХБС)

у взрослых пациентов, нуждающихся
в паллиативной медицинской помощи (R52.1, R52.2, Z51.5, взрослые)

Одобрить.

Размещение: 15.02.2023.

Применение: с 01.01.2024

27.12.2022

27.12.2022,

протокол № 23

Злокачественные
новообразования губы

(C00, взрослые)

Создать рабочую группу для совместной доработки несколькими медицинскими профессиональными некоммерческими

организациями (МПНКО).

Решения приняты вопреки требованиям законодательства, так как имеются одобренные КР по этим же локализациям,

а объединение рабочих групп

допускается только на этапе

первичного рассмотрения КР

29.05.2023,

протокол № 26

Дифференцированный рак
щитовидной железы

(C73, G61.8, взрослые)

Злокачественные новообразования
полости рта

(C02.0, C02.1, C02.2, C02.3, C02.8, C02.9, C03, C04, C05.0, C06, C73, взрослые)

Рак гортани

(C32, взрослые)

Рак гортаноглотки

(C11, C12, C13, взрослые)

Рак полости носа
и придаточных пазух

(C30, C31, взрослые)

Медуллярный рак
щитовидной железы

(C73, дети, взрослые)

Рак носоглотки

(C11, взрослые)

Направить на доработку.

Решения приняты вопреки результатам голосования, что противоречит требованиям нормативного

правового акта.

Кроме того, проекты КР представлены различными МПНКО и дублируют друг друга, но их направили

на индивидуальную доработку,

в то время как для других дублирующих КР создали рабочую группу
по совместной доработке

29.05.2023,

протокол № 26

Рак ротоглотки

(C01, C02.0, C02.1, C02.2, C02.3, C02.4, C02.8, C02.9, C03, C04, C05.0, C05.1, C05.2, C06, взрослые)

Злокачественные опухоли
слюнных желез

(C06.9, C07, C08, взрослые)

Анемия при злокачественных новообразованиях

(D63.0, взрослые)

Направить на доработку.

Решения приняты вопреки результатам голосования, что противоречит требованиям нормативного

правового акта

29.05.2023,

протокол № 26

Анемия при злокачественных новообразованиях

(D63.0, дети)

Рак уретры

(C68.0, взрослые)

Одобрить

23.10.2023,

протокол № 27

Рак паренхимы почки

(C64, взрослые)

Меланома кожи
и слизистых оболочек

(C43, C51, C60.9, C63.2, C69.0, C00–C26, C30–C32, C52, C53, C77, C78, C79, D03.0–D03.9, взрослые)

Рак мочевого пузыря

(C67, взрослые)

Уротелиальный рак верхних мочевыводящих путей

(C65, C66, взрослые)

Лимфома маргинальной зоны

(C83.0, взрослые)

Острый лимфобластный лейкоз

(C91.0, дети)

Направить на доработку

23.10.2023,
протокол № 28

telegram protivrakaru
Колонка редакции
Габай Полина Георгиевна
Габай Полина Георгиевна
Шеф-редактор
Выявил – лечи. А нечем
Выявил – лечи. А нечем
Данные Счетной палаты о заболеваемости злокачественными новообразованиями (ЗНО), основанные на информации ФФОМС, не первый год не стыкуются с медицинской статистикой. Двукратное расхождение вызывает резонный вопрос – почему?

Государственная медицинская статистика основана на данных статформы № 7, подсчеты  ФФОМС — на первичных медицинских документах и реестрах счетов. Первые собираются вручную на «бересте» и не проверяются, вторые — в информационных системах и подлежат экспертизе. Многие специалисты подтверждают большую достоверность именной второй категории.

Проблема в том, что статистика онкологической заболеваемости не просто цифры. Это конкретные пациенты и, соответственно, конкретные деньги на их диагностику и лечение. Чем выше заболеваемость, тем больше должен быть объем обеспечения социальных гарантий.

Но в реальности существует диссонанс — пациенты есть, а денег нет. Субвенции из бюджета ФФОМС рассчитываются без поправки на коэффициент заболеваемости. Главный критерий — количество застрахованных лиц. Но на практике финансирования по числу застрахованных недостаточно для оказания медпомощи фактически заболевшим. Федеральный бюджет не рассчитан на этот излишек. И лечение заболевших «сверх» выделенного финансирования ложится на регионы.

Коэффициент заболеваемости должен учитываться при расчете территориальных программ. Однако далее, чем «должен», дело не идет — софинансирование регионами реализуется неоднородно и, скорее, по принципу добровольного участия. Регионы в большинстве своем формируют программу так же, как и федералы, — на основе количества застрахованных лиц. Налицо знакомая картина: верхи не хотят, а низы не могут. Беспрецедентные вложения столицы в онкологическую службу, как и всякое исключение, лишь подтверждают правило.

Этот острый вопрос как раз обсуждался в рамках круглого стола, прошедшего в декабре 2023 года в Приангарье. Подробнее см. видео в нашем Telegram-канале.

При этом ранняя выявляемость ЗНО является одним из целевых показателей федеральной программы «Борьба с онкологическими заболеваниями». Налицо асинхронность и алогичность в регулировании всего цикла: человек — деньги — целевой показатель.

Рост онкологической выявляемости для региона — ярмо на шее. Выявил — лечи. Но в пределах выделенного объема финансовых средств, которые не привязаны к реальному количеству пациентов. «Налечить» больше в последние годы стало непопулярным решением, ведь законность неоплаты медицинскому учреждению счетов сверх выделенного объема неоднократно подтверждена судами всех инстанций. Поэтому данные ФФОМС говорят о количестве вновь заболевших, но не об оплате оказанной им медицинской помощи.

Демонстрация реальной картины заболеваемости повлечет больше проблем, нежели наград. Такие последствия нивелирует цели мероприятий, направленных на онконастороженность и раннюю диагностику. Это дополнительные финансовые узы в первую очередь для субъектов Российской Федерации.

ФФОМС нашел способ снять вопросы и убрать расхождение: с 2023 года служба предоставляет Счетной палате данные официальной медицинской статистики. Однако требуются и системные решения. Стоит рассмотреть альтернативные механизмы распределения финансирования и введение специальных коэффициентов для оплаты онкопомощи. И, конечно же, назрел вопрос об интеграции баз данных фондов ОМС, медицинских информационных систем, ракового регистра и др. Пока что это происходит только в некоторых прогрессивных регионах.

26/01/2024, 14:27
Комментарий к публикации:
Выявил – лечи. А нечем
Габай Полина Георгиевна
Габай Полина Георгиевна
Шеф-редактор
Битва за офф-лейбл продолжается
Битва за офф-лейбл продолжается
Вчера в «регуляторную гильотину» (РГ) поступил очередной проект постановления правительства, определяющий требования к лекарственному препарату для его включения в клинические рекомендации и стандарты медицинской помощи в режимах, не указанных в инструкции по его применению. Проще говоря, речь о назначениях офф-лейбл. Предыдущая редакция документа была направлена на доработку в Минздрав России в феврале этого года.

Это тот самый документ, без которого тема офф-лейбл никак не двигается с места, несмотря на то, что долгожданный закон, допускающий применение препаратов вне инструкции у детей, вступил в силу уже более года назад (п. 14.1 ст. 37 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Вступить-то он вступил, но вот только работать так и не начал, потому что до сих пор нет соответствующих подзаконных нормативных актов. Подчеркнем, что закон коснулся только несовершеннолетних, еще более оголив правовую неурегулированность, точнее теперь уже незаконность, взрослого офф-лейбла. Но и у детей вопрос так и не решен.

Один из необходимых подзаконных актов был принят одновременно с законом – это перечень заболеваний, при которых допускается применение препаратов офф-лейбл (распоряжение Правительства от 16.05.2022 №1180-р). В перечень вошел ряд заболеваний, помимо онкологии, – всего 21 пункт.

А вот второй норматив (требования, которым должны удовлетворять препараты для их включения в стандарты медпомощи и клинические рекомендации) разрабатывается Минздравом России уже более года. Именно его очередная редакция и поступила на днях в систему РГ.

Удивляют годовые сроки подготовки акта объемом от силы на одну страницу. С другой стороны, эта страница открывает дорогу к массовому переносу схем офф-лейбл из клинических рекомендаций в стандарты медпомощи и далее в программу госгарантий. По крайней мере, в детской онкогематологии такие назначения достигают 80–90%. А это означает расширение финансирования, хотя скорее больше просто легализацию текущих процессов.

В любом случае для регулятора это большой стресс, поэтому спеха тут явно не наблюдается. Да и вообще решение вопроса растягивается, оттягивается и переносится теперь уже на 1 сентября 2024 года. Именно этот срок предложен Минздравом для вступления акта в силу. Еще в февральской редакции норматива речь шла о 1 сентября 2023 года, что встретило несогласие экспертов РГ. Причина очевидна – сам закон вступил в силу 29 июня 2022 года и дальнейшие промедления в его реализации недопустимы.

Что касается самих требований, то надо сказать, что в нынешней редакции они много лучше февральских, но тоже несовершенны. Не будем вдаваться в юридические нюансы: они будут представлены в РГ.

А в это время… врачи продолжают назначать препараты офф-лейбл, так как бездействие регулятора не может служить основанием для переноса лечения на 1 сентября 2024 года.

Ранее мы уже писали о проблеме офф-лейбл в других материалах фонда:

«Oфф-лейбл уже можно, но все еще нельзя»;

«Off-label или off-use?».

12/07/2023, 11:50
Комментарий к публикации:
Битва за офф-лейбл продолжается
Камолов Баходур Шарифович
Камолов Баходур Шарифович
Главный редактор
Потерянные и забытые
Потерянные и забытые
И снова о документе, который уже больше года никому не дает покоя – приказе №116н – порядке оказания онкологической помощи взрослым, который начал действовать с 2022 года. В адрес этого документа высказано так много замечаний и организаторами здравоохранения, и руководителями лечебных учреждений, и рядовыми врачами, что, казалось бы, говорить больше не о чем. К сожалению, это не так: тема оказалась неисчерпаемой. Эксперты фонда «Вместе против рака» тоже и уже не раз давали оценки новому порядку. Сегодня хочу остановиться на одном аспекте, имеющем колоссальную важность: речь пойдет о двух категориях онкологических больных, которым не нашлось места в новом порядке. Фактически о них просто забыли. Однако не забыл о них следственный комитет. Как раз на днях «Медицинская газета» осветила уголовное дело в отношении врача-хирурга, выполнившего спасительную резекцию ректосигмоидного отдела толстой кишки.

Если человека нельзя вылечить, то это не значит, что ему нельзя помочь

Таков основной посыл паллиативной помощи. Однако ее возможности ограничены: в частности, для онкологических пациентов не предусмотрена хирургическая помощь. Равно как не предусмотрена она и соответствующим порядком онкологической помощи. Речь о пациентах с распространенным раком, которые не могут быть прооперированы радикально, но нуждаются в паллиативном хирургическом вмешательстве. Такая помощь обеспечивает более высокое качество дожития, например, онкобольных с кишечной непроходимостью, кровотечениями при распространенном процессе, с нарушением оттока мочи, скоплением жидкости в плевральной или брюшной полости и т. д. Химиотерапевты не могут без стабилизации состояния провести таким пациентам лекарственное лечение. В специализированных онкологических учреждениях симптоматическая хирургия не предусмотрена. Да и вообще система паллиативной помощи не подразумевает хирургию. В неспециализированных учреждениях таких пациентов теперь тоже не ждут, если стационар не включен в региональную систему маршрутизации онкобольных.

С вступлением в силу приказа №116н такой больной может быть госпитализирован в многопрофильный стационар только как неонкологический пациент. Чтобы не нарушать никакие порядки и получить оплату за данный клинический случай, врачи вынуждены хитрить и фантазировать, выдумывая обоснования для госпитализации.

Часть людей обращается за такой помощью в частные клиники. Еще часть – в хосписы и паллиативные отделения, но вот только там нет хирургии. Таким образом, сформировалась когорта онкобольных, на которых действие нового порядка не распространяется. Подсчитать число таких пациентов сложно, так как теперь они находятся вне зоны внимания онкослужбы.

Между небом и землей

Ситуация вокруг этих больных нередко обрастает и дополнительными сложностями, которые недавно освещала наша редакция по результатам большого аналитического исследования, посвященного вопросам паллиативной помощи в России.

Во-первых, не все онкологи сообщают пациенту, что возможности лечения заболевания исчерпаны. Из-за этого не выдают направление в специализированные паллиативные отделения или хосписы. А некоторые просто не знают, что требуется дополнительное заключение. И складывается ситуация, когда пациент не получает онкологическое лечение, поскольку показаний уже нет, но и нет возможности получить паллиативную помощь, поскольку отсутствует направление от врача-онколога. Но наиболее важно то, что в контексте хирургической паллиативной помощи такие пациенты попросту вне курации обеих служб, т. е. без гарантий и помощи.

Во-вторых, имеются интересные особенности в преемственности онкологической и паллиативной помощи, а именно: странное «блуждание» пациентов между паллиативом и онкологией. Это обусловлено тем, что сопроводительная терапия в онкологическом секторе, в том числе уход за пациентом, обезболивание, устранение тошноты и рвоты, толком не регулируется и не оплачивается по программе госгарантий. Поэтому тяжелые, фактически умирающие от осложнений, пациенты попадают в паллиатив. А там при грамотном подходе буквально оживают и возвращаются в онкологические учреждения, чтобы продолжить основное лечение. С клинической точки зрения это нонсенс.

Сопровожден до осложнений

Означенные проблемы онкослужбы дали почву для появления другой когорты онкологических пациентов, оказание помощи которым не предусмотрено ни новым минздравовским порядком, ни иными нормативными актами, регулирующими данную сферу здравоохранения.

Я говорю о тех, кто нуждается в сопроводительной терапии осложнений, наступающих во время лечения онкологических заболеваний. По большому счету к их числу относятся все 100% онкобольных, поскольку те или иные неблагоприятные последствия «химии» возникают у каждого. Таких состояний много: тошнота, рвота, нейтропения, тромбоцитопения, анемия, инфекции, мукозиты, болевой синдром и т. д.

Да, онкологи назначают пациентам препараты, снижающие негативные проявления последствий химиотерапии, в частности противорвотные средства. Но, во-первых, такие препараты покупаются обычно за средства пациентов, во-вторых, состояния могут быть куда более серьезными, они не снимаются приемом таблетированных лекарств и требуют проведения инфузионной либо иной терапии в стационарных условиях. Однако попасть туда не так просто. В онкологической службе вся помощь исключительно плановая, поэтому онкобольной с осложнениями может поступить только в общелечебную сеть, где не всегда знают, как помочь пациенту с диагнозом «онкология» в случае резкого снижения гемоглобина, высокого лейкоцитоза и пр.

Иными словами, из поля зрения авторов порядка оказания онкологической помощи и разработчиков клинических рекомендаций выпала не просто группа больных, а целый раздел лечения. Хотя справедливости ради надо сказать, что «проведение восстановительной и корригирующей терапии, связанной с возникновением побочных реакций на фоне высокотоксичного лекарственного лечения» предусмотрено как одна из функций онкологических учреждений, однако соответствующих условий для реализации нет.

До сих пор нет ни отдельного тома клинических рекомендаций по сопроводительной терапии осложнений онкологических заболеваний, ни соответствующих разделов в профильных клинических рекомендациях по злокачественным новообразованиям, за редким исключением, которое еще больше подтверждает правило. А коль скоро нет клинических рекомендаций по оказанию данного вида медицинской помощи, нет и тарифов на него. А если нет тарифов, медицинские организации не могут заниматься сопроводительной терапией осложнений онкологических заболеваний. Круг замкнулся.

Безусловно, некая положительная тенденция к решению этой проблемы есть. Для начала в последние годы она довольно активно обсуждается. Кроме того, с 2023 года введен подход по использованию коэффициента сложности лечения пациента (КСЛП), который «удорожает» базовый тариф, доплата предназначена для возмещения расходов на сопроводительную терапию. Однако механизм крайне выборочно покрывает препараты, используемые для лечения осложнений, да и сумма в 16–18 тыс. руб. зачастую меньше реальных расходов.

Если бы данный вид медицинской помощи нашел полноценное отражение в клинических рекомендациях и новом порядке, это позволило бы создать в онкодиспансерах отделения сопроводительной терапии, которые принимали бы пациентов с осложнениями в режиме 24/7, в том числе по экстренным показаниям.

Что же происходит в реальности? То же, что и в случае с первой категорией онкобольных: человек сам приобретает нужные препараты и (или) ищет врача или медсестру, которые готовы ему помочь. Какими в случае неблагоприятных событий могут быть юридические последствия такой помощи «по договоренности», несложно представить.

21/03/2023, 12:05
Комментарий к публикации:
Потерянные и забытые
Страница редакции
Обсуждение
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Актуальное
все